Библиотека ДИССЕРТАЦИЙ
Главная страница Каталог

Новые диссертации Авторефераты
Книги
Статьи
О сайте
Авторские права
О защите
Для авторов
Бюллетень ВАК
Аспирантам
Новости
Поиск
Объявления
Конференции
Полезные ссылки

Введите слово для поиска

Васина Светлана Михайловна.
Приходское духовенство Марийского края в XIX - начале XX вв

МИНИСТЕРСТВО ОБРАЗОВАНИЯ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

МАРИЙСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ

Специальность 07.00.02. - Отечественная история

Диссертация
на соискание ученой степени кандидата исторических наук

Научный руководитель: доктор исторических наук, профессор Иванов А. Г.

Йошкар-Ола 2003

Содержание диссертации
Приходское духовенство Марийского края в XIX - начале XX вв

Введение

Глава 1. Церковное строительство в Марийском крае в XIX - начале XX вв.
§ 1. Православные приходы (количественные характеристики)
§ 2. Строительство и содержание церквей

Глава 2. Состав и основные функции приходского духовенства Марийского края в ХIХ - начале XX вв.
§ 1. Состав приходского духовенства
§ 2. Основные служебные функции приходского духовенства
§ 3. Церковный причт и приходская община

Глава 3. Культура и быт приходского духовенства Марийского края в ХIХ - начале XX вв.
§ 1. Жизнеобеспечение приходского духовенства
§ 2. Культурно-просветительная деятельность приходского духовенства
§ 3. Быт и нравы священно- и церковнослужителей

Заключение
Список источников и литературы
Приложения

Глава 1. Церковное строительство в Марийском крае в XIX - начале XX вв.

§ 2. Строительство и содержание церквей

Строительство храма было одним из необходимых условий для открытия прихода и определения причта к строившейся церкви. Как же происходило строительство церквей в XIX веке? Как и в XVIII веке "весь процесс строительства новых церквей жестко регламентировался центральными властями". Так, в 1800 г. появился указ Павла I, запрещавший строительство деревянных церквей. Однако в реальной жизни его исполнение оказалось практически невозможным. Появилось исключение из указа для селений Сибири и западных губерний, а также для "бедных" приходов, не имеющих "удобств доставать материалы для каменного здания". В 1835 г. ограничение на строительство деревянных церквей было снято. Деревянные церкви разрешалось строить повсеместно, но "для большей прочности на каменном фундаменте". Разрешение на строительство или возобновление деревянных церквей давалось через канцелярию Синода, куда направлялись все документы, необходимые для строительства.

Вплоть до 1865 г. постройка любых церквей разрешалась епархиальному начальству только после рассмотрения и согласия Синода. По указу 25 августа 1865 г. епархиальным архиереям было предоставлено право "без испрашивания Синода разрешать постройку, перестройку и расширение церквей во всех городах и селах". Далее оговаривалось, что в случае открытия нового прихода и назначения к нему причта, документы по строительству необходимо было направлять в Синод. Указ 1886 г. закреплял это решение, согласно которому "построение церквей приходских и кладбищенских в городах и селах разрешается епархиальным архиереем, но на открытие вновь приходов надлежит испрашивать разрешения Святейшего Синода".

Процедура строительства церквей в XIX веке была следующей. Община, желавшая выстроить новую церковь или восстановить старую, отправляла прошение на имя епископа. В данном прошении прихожане обосновывали причину, по которой необходимо построить новую церковь или возобновить старую. Прошение отправлялось в духовную консисторию через ходатая, а в казенных селениях (с 40-х гг. XIX века) через Палату государственных имуществ. Затем в консистории наводились справки о составе прихода, расстоянии до ближайшей церкви; если приход новый, и наличии препятствий при сообщении с ней. С 1826 г. к обязательным документам по церковному строительству добавилось утверждение плана и фасада церкви "губернскими, или другими привилегированными архитекторами". По Уставу духовных консисторий 1841 г. при составлении проектов на построение православных церквей "должен быть сохранен вкус древнего византийского зодчества". Это же правило было подтверждено в Строительном уставе, изданном в 1900 г.

Далее, если делу давался ход, производилось обследование места будущей постройки. Для этого епархиальный архиерей обращался к губернатору с требованием командировать губернского архитектора для освидетельствования местоположения и фунта земли, а также для определения и рекомендации относительно строительного материала и наемных рабочих. Затем архитектором составлялись план, фасад и смета на строительство церкви. При освидетельствовании должен был присутствовать благочинный или депутат с духовной стороны, а также представитель от прихожан. При этом церкви рекомендовалось строить на возвышенном месте и в центре населенного пункта, согласно требованиям Устава духовных консисторий, где предписывалось также строить "на площадях, а не посреди обывательских строений".

Впоследствии все документы вновь поступали в консисторию, откуда, если строилась новая церковь, отправлялись в Синод. Затем, после одобрения высшей церковной власти, обратно в консисторию. Епископ, получив одобрение Синода, давал свое благословение и выдавал, засвидетельствованную своей печатью, "храмозданную грамоту". В этих грамотах давались очень подробные указания относительно устройства церкви, повторявшиеся во всех грамотах и отличавшиеся только в мелочах. Вначале говорилось о составе причта к новой церкви, затем о заложении и освящении церкви. Место строительства обычно освящал благочинный. В документе указывалось на обязанность просителей по строению церкви "убрать иконостас святыми иконами и снабдить церковной утварью". Кроме этого, оговаривались размеры престола, его месторасположение, конкретные материалы, как для церковной утвари, так и для облачения священников.

Данная регламентация была разработана еще в указах Синода XVIII века, где говорилось в частности, что посуда в церкви должна быть серебряной, а одежда священников шелковой. В фа-мотах перечислялись деревни, входившие в новый приход, а также указывался класс церкви (после 1845 г.). Если церковь строилась вместо старой или ремонтировалась, то в документе указывалось, как следовало поступать с оставшейся ветхой церковью и куда следовало использовать оставшийся материал (кирпич, лес, даже щепу). В "храмозданных грамотах" XIX века, кроме этого, к обязанностям строителей относилось обеспечение жильем священно-и церковнослужителей и отвод им пашенной и сенокосной земли.

Получив "храмозданную грамоту", вместе с которой в случае недостатка средств вьщавалась и книга для сбора денег на строительство, можно было приступать к постройке церкви. По завершении строительства здания, благочинный подавал рапорт в консисторию, указывая на то, какие работы еще предстоит сделать. После оснащения церкви необходимой утварью и иконами, в консисторию священником подавался рапорт о готовности церкви к освящению, вместе с "храмозданной грамотой" и описью церковного имущества. Получив рапорт, епископ отправлял "благословенную грамоту", в которой вначале кратко воспроизводился текст рапорта, а затем давалось благословение на освящение храма — "церковь освятить по чиноположению благословляю".

Последним документом в процедуре по строительству церкви являлся рапорт благочинного или духовного правления об освящении храма, имевший как правило одну формулировку: "Сего года числа...месяца... сия церковь освящена". Главным в этой процедуре было освящение престола церкви. Престол - это главная святыня храма, "знаменующая престол Пресвятой Троицы".

Это был особым образом построенный четырехугольный стол, облаченный тройными священными одеждами (покровами). Прикасаться к нему было позволено лишь епископам, священникам и дьяконам. На престоле размещались священные предметы - антиминс, Евангелие, напрестольный крест, дарохранительница. Из них особое значение имел антиминс - четырехугольный плат из шелковой или льняной ткани с изображением положения во гроб Иисуса Христа, орудий его казни и четырех евангелистов, а так же с надписью о том, где, когда и каким епископом освящен антиминс. Без него нельзя было служить литургию, таинство претворения хлеба и вина могло совершаться только на этом священном плате. Антиминс выдавался церкви при ее открытии и отправлялся в консисторию, когда становился "ветхим". Таким образом, можно сказать, что лишь после освящения престола, в церкви или в одной из ее частей, разрешалось проводить служение и совершать церковные таинства.

Иногда среди документов, связанных со строительством церкви, встречались указы о награждении медалями и другими знаками отличия строителей и крупных жертвователей. Представление к награждению давалось из духовной консистории, а указы о награждениях с 70-х гг. XIX века публиковались на страницах местных епархиальных журналов.

Сам процесс строительства начинался обычно, как уже отмечалось, по инициативе прихожан. Однако в Марийском крае дело обстояло несколько по-другому. Так, в XVIII веке, особенно в 40-60 гг., церкви в марийских селениях строились по инициативе светской власти и, как считал С.А. Нурмин-ский, там, где указывало правительство, на деньги, ассигнованные правительством. Действительно, марийские прихожане, формально принявшие православие, очень редко были инициаторами строительства церквей.

В рамках христианизации XVIII века указ 11 сентября 1740 г. положил начало массовому строительству православных храмов среди новокрещеных прихожан, в том числе и марийских. Здесь говорилось, что "ныне нужно в новокрещеных жительствах построить 30 деревянных церквей и более". В одном русле с данным указом находился и указ от 19 октября 1760 г., касавшийся непосредственно язычников - "черемис". В нем было приказано построить в разных селениях 36 деревянных церквей. Результатом реализации этого указа стало открытие новых марийских приходов, в числе которых был приход в деревне Токтай-Беляк Уржумского уезда Вятской губернии. Вначале вятский епископ назначил место и определил причт для будущей церкви. Затем он предписал выборным с прихожан "ныне же зимним и весенним временем заготовленный лес вывести". Далее говорилось о том, что снабжение храма всем необходимым церковными сосудами и одеждами, а также книгами и колоколами относится к компетенции Новокрещенской конторы.

После этого "по снабжении всеми необходимыми вещами в 1761 г. храм был освящен". Так же по инициативе Новокрещенской конторы были построены в 40-е гг. XVIII века церкви сел Нурма, Сернур, Пернягаши, Арда, Ишаки, в 50—60-е этого же столетия появились церкви за казенный счет в селениях Ронга, Арино, Малый Сундырь, Юледур, Старый Торъял и других поселениях.

Как видно, православные храмы в марийских селениях в XVIII веке строились по инициативе светской и церковной властей, а основная часть строительства велась за счет средств Новокрещенской конторы и казны. Прихожане также привлекались к строительству, но в основном на вспомогательных работах и только по требованиям гражданских властей, так как "инородцы не усвоивши христианства, и будучи христианами только по имени", не считали своим долгом и обязанностью строительство приходского храма. И в дальнейшем, уже в XIX веке, особенно в первой его половине, марийские прихожане неоднократно отказывались давать деньги на ремонт и строительство церквей, а священники вынуждены были обращаться к гражданским властям, но об этом будет сказано ниже.

На чьи же средства в целом строились церкви в Марийском крае? К примеру, в Царевококшайском уезде в начале XIX века наблюдалась следующая картина. Из четырех каменных храмов Царевококшайска два были построены на средства купцов — Вознесенская церковь — Ивана Андреевича Пчелина в 1756 г. и Входоиерусалимская - Алексея Матвеевича Карелина в 1759 г. Троицкая церковь построена еще раньше в 1736 г. на средства купца Стефана Вишнякова и крестьянина деревни Жуковой Алексея Прокофьевича Осокина. Соборная Воскресенская церковь Царевококшайска была освящена в 1759 г., на чьи средства она построена, неизвестно. До нее существовала деревянная Покровская церковь, заложенная, вероятно, вскоре после основания Царевококшайска. В память о ее существовании в Воскресенском соборе остался придел Покрова Божьей Матери.

Среди сельских церквей Царевококшайского уезда в начале XIX века четыре были построены на средства купцов — села Потониха в 1738 г. казанским купцом Иваном Михеевым, села Цибикнур Иваном Пчелиным в 1765 г., села Кокшайского в 1793 г. царевококшайским купцом Иваном Ганешевым, а также в селе Ронга в 1814 г. купцом Михаилом Таланцевым. Церковь в селе Кельмаково была построена в 1782 г. на средства царевококшайского мещанина Ивана Рыжего, а в селе Акашево "тщанием коллежского асессора Афанасия Ивановича Воеводского". Азановская церковь, как отмечалось в клировых ведомостях, была построена в 1801 г. прихожанами, но назывался главный жертвователь на строительство — удельный крестьянин Василий Матвеев. Существовавшая до этого деревянная церковь была построена в 1746 г.

Перестройка церквей в Царевококшайском уезде в первой четверти XIX века была связана с их "ветхостью". Деревянные церкви были недолговечны, многие из них, построенные еще в середине XVIII века, пришли в негодность. Так, после освидетельствования ветхой церкви в селе Арино, построенной в 1755 г., из консистории в 1819 г. было дано благословение "церковь просителям по предложенному плану строить". Так как денег, вероятно, на строительство собрано не было, то церковному старосте вместе с "храмозданной грамотой" была выдана книга для сбора денег по Казанской епархии сроком на один год. Заложить церковь предлагалось царевококшайскому протоирею. Он же должен был после окончания постройки и снабжения храма всем необходимым, представить в консисторию опись церковного имущества и прошение прихожан на освящение. Строительство здания храма было закончено в 1822 г., а в июле 1828 г. "по предписанию епархиального начальства иконы перенесены во вновь построенную каменную церковь".

Этот год и считался временем постройки церкви в селе Арино. Однако священнослужение в храме началось не сразу, так как церковь была не освящена. Лишь в 1831 г. было разрешено освятить теплую часть церкви. Как указывалось в клировых ведомостях за 1830 г., "в теплом приделе внутри выщеко-турено и побелено, пол выстлан белым опочным камнем, иконостас поставлен столярной работы о трех ярусах, окрашенный масляною темно лазоревою краскою". Следовательно, теплая церковь была готова к освящению.

Здесь следует остановиться на одной из особенностей архитектуры местных православных храмов, обусловленной климатом. Ввиду того, что разница между летней и зимней температурой в Марийском крае была значительна, то строилась не одна, а две церкви под одной крышей: одна на лето "холодная", а другая на зиму "теплая". "Холодная" всегда делалась высокой, с куполом и без печей, а "теплая" — одноэтажная, низенькая, с печами и двойными рамами. Как правило, вначале строилась "теплая" церковь. Она оснащалась всем необходимым и освещалась. В ней проходило служение, а "холодная" церковь открывалась и освящалась позже.

Подтверждением этому служат примеры строительства церквей в Царе-вококшайском уезде в XIX веке. Так, в 1825 г. на средства прихожан была построена новая каменная церковь в селе Нурма "одноэтажная, во имя Казанской Божьей Матери". "Теплая" церковь была освящена 7 июля этого же года, а в "холодной" до 1830 г. служение не велось, так как не был освящен престол. В селе Сотнур, хотя церковь была построена в 1811 г., освящен главный храм лишь в 1820 г. Довольно долго не была освящена каменная одноэтажная церковь села Морки, построенная "иждивением прихожан". Указ о строительстве моркинской церкви Казанской консисторией был подписан еще в 1819 г. , в этом же году церковь была в основном построена. Однако, освящение церкви произошло значительно позднее. Лишь в 1829 г. была освящена "теплая" церковь. Причина задержки была вызвана тем, что "иконостас еще не весь, и не окрашен, иконы не написаны за неявкою к работе подрядчиков". Главный "холодный " храм был освящен лишь в 1838 г.

Следовательно, строительство продолжалось с 1819 по 1838 г., то есть 19 лет. Одной из причин долгостроя вероятно был недостаток средств на строительство и убранство церкви. Моркинские прихожане, состоявшие в основном из марийских крестьян, чаще совершали языческие, чем христианские обряды и не желали тратиться на строительство чуждой им церкви. Подтверждением этого служит и проведение всемарийского языческого моления в данном приходе в 1827 г.

Прихожане отказывались давать средства не только на строительство, но и на ремонт церквей. Так, в 1849 г. священно- и церковнослужители села Арино рапортовали в Казанскую консисторию о том, что Богородицкая церковь данного села нуждается в ремонте. На все "поправки" необходимо было 250 рублей серебром. Но денег прихожане не дали, так как, их "невозможно уговорить, чтобы они без распоряжения высшего начальства по добровольному желанию привели церковь в исправный вид". Однако, в данном документе консистория указала на обращение к светской власти, как "крайний случай", а священно- и церковнослужители получили выговор "за беспечность о храме божьем и не назидательность своих прихожан". Таким образом, вся вина за плохое состояние церкви ложилась на священно- и церковнослужителей. Им же стоило большого труда заставить заботиться о храме марийских прихожан которые почти не посещали церковь и не понимали ни слова из того, что произносил священник с церковной кафедры.

В первой половине XIX века не только строились церкви взамен старых, но и появилось несколько новых приходов с новыми храмами. Так, в Царевококшайском уезде две церкви сел Шап и Мушерань построены в 1836 г. и церковь села Шиньши в 1837 г. Их строительство было связано с усилением миссионерской деятельности и политикой церковных властей, направленной на "утверждение и наставление новокрещеных в вере Христовой". В 1834 г. в Синоде был рассмотрен рапорт Казанского епископа о строении трех новых церквей в Царевококшайском уезде, "с предоставлением плана, фасада и сметы". Здесь же консистории указывалось доставить в Синод сведения из каких казенных дач удобнее взять лес на строительство. А уже 16 декабря этого года царевококшайский окружной лесничий докладывал в духовное правление что "вырубка леса для постройки церквей может быть произведена из казенных Нужяльской, Варангушской, Моркинской и Сотнурской лесных дач".

Эти три церкви были построены на средства, выданные Комиссией духовных училищ. Данное учреждение Синода распоряжалось поступающими в Синод государственными средствами и контролировало "все суммы духовно-учебного ведомства". Однако в построении данных храмов приняли участие и частные жертвователи. Так, церкви сел Мушерань и Шиньши были построены "с дополнением собственной суммы казанских купцов Анисима Ме-сетникова и Гаврила Дехтярева".

Церковь села Шап была построена с дополнением средств казанского купца Гаврила Чапарина, бывшего подрядчиком строительства церкви и построившего так же "деревянный корпус для помещения священно- и церковнослужителей".

По указу императора Николая I "для распространения православия между язычествующими черемисскими племенами" были построены церкви в селах Ма-рисола и Тумьюмучаш Уржумского уезда Вятской губернии. Первая, деревянная церковь возведена в 1837 г., вторая — в 1838 г. Основные средства были выделены из Комиссии духовных училищ. В обеих церквях престолы были освящены в 1838 г. епископом Вятским и Слободским Неофитом. Церковь в Марисоле строилась "под наблюдением священника Михаила Ивановича Устюгова", о чем сообщалось в церковно-приходской летописи.

В первой половине XIX века в марийских приходах Уржумкого и Яран-ского уездов церкви строились и на средства прихожан. В том числе четыре церкви Уржумского и три церкви Яранского из рассмотренных нами были перестроены, а две являлись новопостроенными. Так, построенная еще в середине XVIII века (1749 г.) Благовещенская деревянная церковь села Макарово (Большой Сернур) была заменена каменной Спасской и ее строительство закончилось в 1825 г. Как отмечалось в клировых ведомостях, данная церковь построена тщанием прихожан при пособии прикладной церковной суммы и добровольных пожертвований сторонних лиц.

Взамен "ветхих" были построены каменные храмы в селах Токтай-Беляк, Юледур и Верхний Ушнур. Из летописи Токтай-Белякской церкви, составленной в 1870 г. священником Иоанном Прокопьевичем Шутихиным, видно, что каменная церковь была заложена в 1821 г., а в 1827 г. здание было построено. Однако "теплый" храм был освящен только в 1828 г. Устройство "холодного" было приостановлено до 1831 г. "когда заботливостью священника Гаврила Гаркунова вновь храм стал строиться". В 1838 г. произошло освящение и "холодной " церкви.

Долго тянулось строительство и оснащение Юледурской церкви, так как жители этого прихода как писал священник, "те что из новокрещен за всеми увещаниями о сем не стараются". Здание строилось более пяти лет до 1825 г., когда был освящен "теплый" храм, а главная церковь была готова к освящению лишь в 1834 г.

Как было сказано выше, в Уржумском уезде в первой половине XIX века появились две новые церкви. Это каменный храм в селе Новый Торьял, построенный в 1814 г. и освященный в 1824 г. и деревянная церковь в селе Салтакъял, построенная и освященная в 1852 г. До построения церкви в Салтакъяле для служения был выстроен молитвенный дом.

В Яранском уезде были перестроены три церкви. Две из трех сел — Пек-тубаево и Люперсальское построены каменные, а в селе Сола Беляк Троицкая церковь - полукаменная с деревянной колокольней. Эта церковь, вероятно, сгорела, так как в 1842 г. была построена новая каменная церковь. Сгорели и две церкви Уржумского уезда в селе Тумьюмучаш в 1850 г. и в селе Мари-сола в 1855 г. На их месте были вновь построены деревянные церкви, хотя в этот период с 1800 г. строительство деревянных церквей не поощрялось, а до 1832 г. разрешалось в исключительных случаях. Одной из главных причин этого являлись недолговечность деревянных церквей и их пожароопасность. Преимуществом строительства деревянных церквей являлась относительная дешевизна и быстрота строительства в сравнении с каменным храмом.

Строительство каменных храмов было развернуто в начале XIX века и в Козьм одемьянском уезде. Из 19 сельских церквей семь к началу XIX века были каменными. Из них самыми древними являлись две церкви - села Малая Юнга, построенная в 1710 г. и образованная в 1764 г. из Спасо-Юнгинского мужского монастыря в приходскую церковь и села Владимирского, построенная в 1713 г. Две возведены в 50-60-е, гг. XVIII века - церкви села Троицкий Посад и Ишаки и три в конце XVIII века - каменные храмы Ильинской пустыни, Оринино, Янгильдино.

В первой половине XIX века 11 сельских деревянных церквей Козьмо-демьянского уезда были заменены каменными. Так, в 1805 г. была перестроена церковь в селе Акрамово, затем в 1809 г. в селе Анат-Киняр. Вместо "ветхих" деревянных церквей были построены каменные в селах Большая Юнга, Пихтулино и Кожважи, соответственно в 1814, 1815 и 1819 годах. Были выстроены новые храмы взамен старых, построенных еще в середине XVIII века в селах Арда (1826 г.), Ахмылово (1828 г.), Малый Сундырь (1829 г.) и Пернягаши (1829 г.). Возведены новые каменные церкви в селе Шапкили в 1828 г. и в селе Чермышево в 1824 г. Деревянная церковь в Козь-модемьянском уезде в первой половине XIX века осталась только одна, построенная в селе Кузнецове еще в 1758 г. Все перечисленные церкви были построены на средства прихожан, кроме трех - села Владимирского (1711 г.), построена чебоксарским купцом Игумновым; села Ишаки — "построена еще в 1754 г. усердием чебоксарского купца Микулина " и в селе Малая Юнга -"построен иждивением монастыря ".

Была построена новая церковь в Чебоксарском уезде, в селе Красный Яр. Однако причина была не в ветхости, а в том, что эта церковь сгорела "вся до основания с утварью и всеми церковными документами".

Таким образом, в первой половине XIX века в Марийском крае наблюдалось довольно активное церковное строительство, связанное в основном с перестройкой уже существовавших деревянных церквей. По нашим подсчетам, из 52 церквей, отслеженных в Марийском крае на начало XIX века были перестроены - 26, то есть ровно половина. В Царевококшайском уезде эта цифра составила семь из 17 храмов, в Козьмодемьянском - 11 из 24. Количество церквей к середине XIX века возросло до 60-и, следовательно, было построено восемь новых храмов.

Во второй половине XIX века наблюдалось не менее активное строительство храмов. Шло строительство новых храмов и открытие новых приходов. Так, в Царевококшайском уезде в 60-е годы было построено два храма в деревне Кожла Сола в 1861 г. и в Михайловском в 1867 г. Интересна история строительства церкви в Кожла Сола. В 1853 г. в Казанскую палату государственных имуществ поступило донесение от царевококшайского окружного начальника с приговором крестьян Больше-Шигаковского сельского общества о желании построить деревянную церковь в деревне Большой Шига-ковой. Вскоре после этого в Палату подал прошение крестьянин этого общества деревни Кожла Сола Николай Денисович Атлашкин. Он объяснял, что его доверители хотят выстроить храм в своей деревне "на что и пожертвовано им Атлашкиным одна тысяча рублей и доверителями его 410 рублей серебром". Вслед за тем Палата отправила в консисторию запрос, где удобнее из двух селений выстроить церковь.

Консистория в свою очередь "предписывает благочинному, чтобы он собрал сведения: 1) действительно ли необходимо строить церковь; 2) в каком селе ее удобнее построить; 3) какие селения будут причислены к будущей церкви; 4) какое число жителей в тех селениях; 5) спросить их желают ли они быть прихожанами при предполагаемой церкви". Далее, из рапорта благочинного видно, что удобнее было бы построить церковь в деревне Большое Шигаково, чем в Кожла Сола, так как "последняя лежит в глухом месте, а первая в центре деревень".

К рапорту были приложены показания жителей деревень, которые должны будут входить в новый приход. Спустя несколько дней благочинный вновь подал рапорт, но уже о том, что братья Атлашкины сделали значительные пожертвования на храм и их желание иметь его в своем селении заслуживает внимания. Данная тяжба между жителями Большого Шигакова и Кожла Сола продолжалась три года. Первоначально решено было строить церковь в первой деревне и туда уже был направлен гражданский инженер для составления сметы материалов и издержек. Однако после неоднократных прошений Николая Аташкина, решением Казанской палаты государственных имуществ в 1856 г. было утверждено строить церковь в деревне Кожла Сола. Лес на строительство выделялся бесплатно из казенных дач, но кроме этого на строительство нужно было 2336 рублей серебром. Из этой суммы крестьянином Атлашкиным были "представлены два билета на сумму 1450 рублей" и ему же выдавалась тетрадь для сборов по епархии сроком на один год.

Далее, указом Синода от 13 августа 1857 г. деревянную церковь на каменном фундаменте было разрешено построить. "Храмозданная грамота" на строительство этой церкви была выдана 22 мая 1858 г. В ней предписывалось заложить церковь в присутствии благочинного, "иконы написать самым добрым и искренним мастерством по греческому обыкновению". Оговаривались размеры престола, его месторасположение, наличие церковной утвари и одежд. В последнем пункте этой фамоты были записаны обязательства строителя с предписанием возвести церковь за свой счет, построить деревянный дом священнику и причетникам, "отмежевать узаконенную пропорцию земли".

В сентябре 1860 т. благочинный доносил в консисторию о завершении строительства здания. Еще в 1859 г. строитель церкви умер, но его дело продолжил сын Василий Атлашкин. Именно он в прошении на освящение отчитывался об окончании постройки храма, о снабжении его всем необходимым и о строительстве трех домов для клира. В июне 1863 г, в консисторию представили рапорт благочинного о готовности церкви к освящению, вместе с описью церковного имущества и "храмозданной грамотой".

В описи подробно излагались сведения о внешнем виде церкви и внутреннем убранстве (алтаре, иконостасе). Кроме этого, давалась опись книгохранилища, колоколов и печей. Последнее событие - это освящение церкви 18 августа 1863 г. Рапорт об этом был подан в духовную консисторию, а 24 мая 1864 г. в Казанскую духовную консисторию поступил рапорт от ца-ревококшайского уездного исправника о том, что "нет препятствий к награждению медалью крестьянина деревни Кожла Сола Василия Николаевича Ат-лашкина". По всей видимости, Атлашкин был награжден медалью за постройку церкви, хотя точно об этом утверждать нельзя.

Кроме церкви в Кожла Сола, на средства частных жертвователей были построены еще несколько церквей Царевококшайского уезда - это храм в селе Семи Сола, построенный на средства купца Петра Анисимовича Местникова в 1892 г. Этот храм был деревянным, как и церковь построенная в деревне Унжа в 1895 г. купцом Варфоломеем Григорьевичем Поляковым. Церковь в деревне Шойбулак была воздвигнута на деньги самарского купца Николая Ивановича Кириллова. В феврале 1898 г. в Казанскую консисторию была предоставлена смета на строительство этой церкви. В 1900 г. метрические книги из села Цибикнур были переданы в уже построенную церковь село Шойбулак. Между священником вновь построенной церкви и председателем строительного комитета Филимоном Григорьевым возникли разногласия. Священник Василий Петров обвинил Григорьева в неправильном расходовании денег. Вскоре после этого Григорьев был уволен с должности председателя. Однако главная причина, которая привела к конфликту было не расходование денег, а, как отмечала консистория, "характер того и другого".

Интересна история появления деревянной церкви в селе Русский Уртем. Эта церковь была построена еще в 1838 г. Однако находилась она в селе Хлебникове Вятской губернии. После открытия прихода в Уртеме церковь была "пожертвована купчихою Марией Андреевной Ульяновой" и затем перевезена во вновь открытое село. Церковь была двухпрестольной, состоявшей из "холодной" и "теплой", как и большинство храмов в Марийском крае.

В некоторых вновь образовавшихся марийских приходов церкви были возведены на государственные средства. В селах Малый Абаснур и Изикугу-нур храмы построила казна в 1892 г., однако в первом из них еще и в феврале 1894 г. продолжался сбор средств на благоустройство этой церкви. Одна из церквей села Азьял Петьял была построена на средства неизвестного жертвователя. Это единственный случай в истории строительства церквей в Марийском крае в изучаемый период.

В двух селах Унжа и Пуялки до открытия самостоятельных приходов существовали церкви-школы или точнее домовые церкви при школах. История открытия Унжинской школьной церкви следующая. В 1876 г. учитель марийской школы в деревне Унжа, священник Гавриил Яковлев обратился к архиепископу Казанскому Антонию с просьбой об устройстве здесь молитвенного дома с алтарем. В этом же году на заседании "Братства Святителя Гурия" известный христианский просветитель Н. И. Ильминский высказал мнение о возможности совмещать в здании школы, на строительство которой было выделено Министерством народного просвещения 1000 рублей, "школьную обстановку с принадлежностями молитвенного дома". В отчете "Братства.." за 1880 г. сообщалось о том, что на устройство в деревне Унже домовой церкви при школе "Братство.." ассигновало 300 рублей, а также постановило просить председателя "Братства.." обратиться к настоятелям церквей Казани с просьбой "предоставить на эту потребность имеющиеся излишние церковные вещи" для снабжения Унжинской церкви.

Таким образом, в деревне Унжа уже в конце 80-х гг. XIX века существовала домовая церковь в здании школы. Точно также еще до строительства храма в деревне Пуялки располагалась школа-церковь, о чем отмечали крестьяне в своем прошении об открытии самостоятельного прихода.

Все эти мероприятия - строительство на государственный счет и привлечение средств жертвователей, а также и открытие церквей-школ имело целью ослабление позиций марийского язычества и укрепление позиций православия среди местного населения. О приверженности к традиционной религии, в какой то мере, говорит и тот факт, что ни одна церковь в Царевокок-шайском уезде в период 80-90-х гг. XIX и начала XX вв. не была построена на средства прихожан.

Запрос на диссертацию "Приходское духовенство Марийского края в XIX - начале XX вв" присылайте на адрес kulseg@mail.ru

Биология
Ветеринария
Геология
Искусствоведение
История
Культурология
Медицина
Педагогика
Политика
Психология
Сельхоз
Социология
Техника
Физ-мат
Филология
Философия
Химия
Экономика
Юриспруденция

Подписаться на новости библиотеки

Пишите нам
X