Библиотека ДИССЕРТАЦИЙ

Главная страница Каталог

Новые диссертации Авторефераты
Книги
Статьи
О сайте
Авторские права
О защите
Для авторов
Бюллетень ВАК
Аспирантам
Новости
Поиск
Объявления
Конференции
Полезные ссылки

Введите слово для поиска

Кормилицина Ольга Васильевна.
Модернизация культуры и образования в условиях глобализации и зависимого развития
(социально-философский анализ)

МОСКОВСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ им. М. В. ЛОМОНОСОВА

Специальность: 09. 00. 11 – социальная философия

ДИССЕРТАЦИЯ
на соискание ученой степени кандидата философских наук

Москва - 2003

Содержание диссертации
Модернизация культуры и образования в условиях глобализации и зависимого развития

Введение

Глава первая. Социально-философская парадигма модернизации: минимизация и медиокризация образования – основы теоретико-методологической концепции
1. Понятийный аппарат современной социальной философии и трансформация концептуального корпуса теории образования ХХI века
2. Мировое сообщество перед лицом культурных проблем
3. Минимизация и медиокризация образования: пусть не панацея – лекарство действенное

Глава вторая. Проблемы стратегий образования в современном мире и тактика образовательной деятельности в свете современной социальной философии
1. Общество, культура, образование: российские горизонты XXI века
2. Инновационные формы деятельности современных российских вузов в свете концепции медиокризации культуры

Заключение
Список литературы

Введение

Актуальность темы. Состояние некоторой растерянности в отечественной социальной теории перед лицом разнообразия западной теоретической жизни и громадный разброс мнений при ее оценках в сфере общественного сознания – неоспоримый факт. Существенные социальные преобразования и общественные конфликты последних десятилетий, разумеется, не могли быть осмыслены в одночасье огромной армией отечественных обществоведов. Одно из следствий – отрыв общих социально-философских концепций от реалий жизни вообще и российской жизни, в особенности. Это вполне естественно: непонимание мира в целом приводит к непониманию места России в нем и – главное – перспектив общественного развития в условиях, когда прямолинейная (приукрашенная мнимой «спиралевидностью») социальная перспектива движения к коммунизму утратила притягательность, а социальные стратегии, так или иначе построенные на ней, потеряли смысл.

С тем большей настоятельностью перед социальной философией – и именно перед ней – встают проблемы, от решения которых так или иначе зависит планируемое будущее. Это уже не пятилетние и не двадцатилетние планы и проекты построения «полного -изма», а хорошо просчитанные в свете социальных технологий и экономических программ реальные социальные сценарии, учитывающие поливариантность социальных процессов в условиях высокой степени неопределенности в политико-экономической сфере. Не беда, что многие из таких стратегем вступают друг с другом в неустранимые и зачастую антагонистические противоречия: важно, что по большей части эти основоположения опираются на осознанную парадигму союза науки и трезвого прагматизма при остро скептическом отношении ко всякого рода заведомо идеологически ангажированным построениям.

Однако при всех раскладах конкретной социокультурной ситуации в стране не подлежит сомнению необходимость освобождения от прежнего отношения к культуре и образованию. Речь не о бесспорных колоссальных завоеваниях в сфере культуры, искусства и просвещения, осуществленных в советский период истории России. Речь о том, что вослед за «плановой экономикой» в первую очередь в нашей самой читающей и ликвидировавшей неграмотность стране рухнула как раз та самая государственная система идеологической и культурно-просветительной работы, которая составляла предмет гордости партийных и государственных идеологических чиновников.

Хорошо известен каждому российскому жителю тот факт, что при всех несомненных достоинствах (они бесспорны, общеизвестны, огромны, но не о них сейчас речь) всеобщее среднее образование имело серьезные недостатки, оно было лишь в некоторой своей части образованием.

Историкам образовательного процесса в России еще предстоит раскрыть этапы процесса, в ходе которого под влиянием сплошной идеологизации в культуре происходила подмена как целей и перспектив, так и конкретных предметных ориентиров образования, что в итоге и привело к нынешней ситуации – к тому, что в значительной своей части и у значительного процента населения среднее образование было и во многом остается недостаточным. Не потребуется большое и масштабное социологическое исследование для того, чтобы придти к выводу: целый ряд школьных предметов с их стабильными и одобренными государством в лице соответствующих министерств и ведомств программами либо вообще не преподается в школах, либо преподается из рук вон плохо. Это происходит и в начальной, и в восьмилетней, и в средней школе.

Здесь в дальнейшем еще будут подробно рассмотрены те отнюдь не тривиальные следствия, которые имело это обстоятельство, всем и каждому в России известное, для системы высшего образования. Пока же отметим лишь, что игнорирование этого многозначительного и общеизвестного факта и создавало проблемы для общественной морали, воздействие которых не преодолено и до сих пор. Как излечить эту социальную болезнь или хотя бы просто избавиться от самых опасных ее последствий – вот тот вопрос, который, раз возникнув на вполне простой и практической культурной почве системы образования, в наши дни приобрел – и теперь вряд ли в этом можно сомневаться – большой общенаучный и общесоциальный интерес, а вместе с тем и огромное социально-философское значение.

Было бы большой и небезопасной наивностью считать, что подобное положение вещей – уникальное следствие социальных процессов, протекавших на протяжении истекшего столетия только в нашей стране. На самом деле существует много свидетельств того, что описанная ситуация – скорее правило, чем исключение в социальной динамике. Тем больше оснований считать, что вместо поисков панацеи следовало бы моделировать ситуацию средствами социально-философского анализа с тем, чтобы в дальнейшем разработать концептуальные основы выхода из заведомого идейного, нравственного и социального тупика.

Указанные обстоятельства создают все своеобразие нынешней ситуации и одновременно раскрывают пути реализации таких культурно-образовательных мер, которые позволят с минимальными потерями выйти из критического для всей социальной и культурной жизни положения, внушающего справедливые опасения наиболее сознательной и ответственной части общества.

Сразу имеет смысл обратить внимание на то, что составляет зерно данного проекта социокультурной стратегии и на ближайшую, и на сравнительно отдаленную перспективу – той стратегии, попытка социально-философского осмысления которой предлагается автором. По мнению автора, следует прежде всего реально зафиксировать наличие в современной культуре обычно ускользающей от анализа вертикальной структуры – деления по уровням. Эту культурную вертикаль не только не следует уничтожать, ища химерической социальной однородности, но, напротив, следует цементировать ее фундамент, осуществляя с этой целью вполне конкретные социальные действия.

Мы устанавливаем, таким образом, объективное существование процессов минимизации или, при других обстоятельствах, медиокризации (усреднения) культуры. Явление это в условиях глобализации и реализации стратегий зависимого развития приобретает всеобщий характер. Может ли социальная философия остаться равнодушной к такого рода процессам? Ответ представляется очевидным: ни в коем случае.

Тем самым, однако, отнюдь не решается вопрос об уровнях присутствия в социальных отношениях возможностей оптимизации культурных процессов, что, собственно говоря, и выражается обычно во всем комплексе целерациональных программ, во всем проектном мышлении, так или иначе обеспечивающем эффективность стратегий социального действия.

Степень разработанности проблемы. Сама формулировка темы дает основание предположить, что затрагиваемая в диссертации проблематика в действительности принадлежит сферам образовательной политики, социальной педагогики, социологии образования – чему угодно, кроме социальной философии. Однако такое впечатление обманчиво. Речь в данном случае идет не о сумме неких тактических образовательно-организационных проблем, которые можно решить без обращения к мировоззренческой или просто социально-теоретической сфере.

Диссертация претендует на некое теоретическое интегрирование многих из этих идейных пластов под эгидой социально-философской теории. При разработке темы диссертационного исследования используются поэтому три главные массива источников: во-первых, материалы переднего края социально-философской теории, где во всей грандиозности дали себя знать попытки осмысления процессов глобализации, зависимого развития и становления мирового сообщества на иных, нежели до сих пор, идеолого-мировоззренческих основаниях; во-вторых, материалы международных организаций – ООН, ЮНЕСКО и ряда дочерних комиссий и комитетов, институированных в рамках этих наиболее авторитетных международных органов (по материалу ежегодных отчетов комиссий и комитетов с их статистическими данными и выводами в пользу разработки международных и региональных стратегий развития культуры и сферы образования – культурной и образовательной политики); наконец, в-третьих, материалы анализа протекающих у нас в стране процессов в сфере культуры и образования, прежде всего связанных со сферой альтернативного, не всегда приобретающего формы законодательно закрепленных образовательных институтов – форм негосударственного образования.

Первая из составляющих этот массив источников раскрывается в целом ряде работ тех авторов, которые впервые зафиксировали наличие всех этих феноменов, дотоле не попадавших в поле зрения исследователей. В их числе, наряду с работами таких классиков современной западной социальной и культурной теории, как А.Агиляр, Д.Белл, М.Вебер, К.Гирц, Т.Дус-Сантус, Ф.Кардозу, Л.Мамфорд, Д.Медоуз, Р.Пребиш, П.А.Сорокин, И.Уоллерстайн (Валлерстайн), работы многочисленных западных исследователей, в числе которых У.Дакроу, К.-Х.Крахт, О.Лафонтен, К.Лэш, К.Мюллер, Г.-П.Мартин, Г.Нив, X.Шуманн, X.Шрайдер и др.

На нашей почве проблемы социальных и культурных последствий процесса глобализации вообще, а также современной социокультурной теории разрабатывают такие социальные философы и культурологи, как Г.С.Арефьева, Э.А.Азроянц, М.А.Бирюкова, Е.В.Боголюбова, А.П.Булкин, И.А.Гобозов, В.С.Грехнев, Э.А.Грязнов., Т.Койчуев, А.И.Костин, Н.Н.Ливенцев, И.И.Лукашук, К.Х.Момджян, Ю.А.Муравьев, А.В.Назарчук, А.С.Панарин, В.Я.Пащенко, И.М.Подзигун, Н.Е.Покровский, А.Попов, А.А.Празаускас, Ю.И.Семенов, Ю.А.Сухарев, И.В.Цурина, В.Юртаев, Ю.В.Яковец и мн.др.

Вместе с тем внимание ко всему кругу проблем, входящих в очерченную выше сферу, раз возникнув, не затухая и ширясь, растет по сей день. Об этом свидетельствуют, пожалуй, ярче всего, те данные, которые связаны с исследовательской деятельностью. Простым заданием любой поисковой системе Интернета соответствующих ключевых слов мы получаем сведения о массе научно-исследовательских работ, связанных с наличием в нашей стране вполне социально институциализированных культурных феноменов, которые, тем не менее, не принадлежат лишь какой-то одной сфере социума. Вот почему весь этот массив источников институционально связан не с одной какой-либо социальной научной дисциплиной, а рассредоточен по всему полю научной гуманитаристики, будучи по самому своему существу лишь эмпирическим материалом для социально-философских обобщений. В числе этой – третьей – части источников диссертации – работы по экономике, праву, педагогике, прикладной культурологии, социологии, антропологии, лингвистике и даже психологии.

Ясно, что сам этот разброс и отсутствие единства в представлениях о проблемном поле налагает серьезные ограничения на возможности получения значимых научных результатов. Поэтому простая целесообразность диктует необходимость обобщенного представления о самом проблемном поле и о методологии его исследования. Как только вопрос формулируется подобным образом, неизбежна постановка общефилософских проблем, решение которых только и позволит конкретно обосновать возможные стратегии социального развития после всех тех бурных событий, которыми увенчался ХХ век. Стремление конкретизировать такой познавательный идеал, инициирующий построение новых социальных стратегий, было положено в основание диссертационного исследования, потребовав формулирования его целей и задач.

Цели и задачи исследования. Из краткой характеристики степени разработанности проблемы вытекает формулировка основных целей работы, достижение которых, в свою очередь связывается с постановкой и решением ряда исследовательских задач.

Разумеется, вся сумма вопросов, поставленных выше применительно к полю деятельности социального философа, затрагивает не только его, и очень часто даже не столько его, сколько представителей перечисленных выше областей исследования социальной реальности, а также деятелей общественной практики. Однако в диссертации за исходный берется существенный для всей сферы социального постулат, согласно которому ни одна из акций в сфере трансляции социального опыта от поколения к поколению, – такая трансляция в диссертации вслед за целым рядом современных культурологов и определяется как в самом широком смысле воспитание – в наши дни не может быть осуществлена полноценно и целенаправленно, если она, эта акция, не будет понята как звено в цепи процессов, определяющих само общественное бытие, каким оно стало к началу третьего тысячелетия новой эры.

Во-первых, существует и еще долго будет сохраняться необходимость конкретизации общих представлений о необходимом минимуме объема, содержания и качества знаний современного индивида и о конкретном воплощении этого минимума в разнообразной культурной среде.

Во-вторых, если до недавнего времени воспроизводство культурных форм все еще могло осуществляться в условиях относительной изоляции, то в наши дни на порядок возрастает ответственность за последствия социального действия в сфере образования, ибо культурное формотворчество становится генерализованной процедурой, логически подчиняющей себе соответствующие локальные процессы.

Социальные преобразования недавнего времени поставили мир образования перед лицом двоякого рода трудностей: рыночная экономика неизбежно потребует реализации принципа неравенства в образовании и перехода к новым капиталистическим общественным отношениям в модернизующемся мире.

Исходя из вышеизложенного, основные цели исследования формулируются следующим образом:
- способствовать осознанию обществом бесплодности всех усилий по модернизации образования в условиях отсутствия ясных представлений о существе социальных и культурных процессов в мире в эпоху глобализации;
- осуществить возможные теоретические шаги в направлении формирования необходимого культурного и образовательного минимума, позволяющего применить единый критерий в области образования ко всему разнообразию культурных единиц социума.

Поставленные цели исследования конкретизируются в ряде задач:
1. Определить методологические основания модернизации культуры и образования в рамках общего социально-философского рассмотрения современных культурно-образовательных проблем.
2. На основе экспериентной теории культуры предложить вариант поэтапного освоения культуры индивидами в модернизирующемся обществе по мере трансляции социально значимого опыта с выяснением того, как должен начаться соответствующий процесс и каковы возможности сознательного воздействия на его протекание.
3. Уточнить понятие «высшее образование» в связи с теми изменениями, которые произошли в этой сфере благодаря разительным социальным переменам в обществе. Такое уточнение – не простая терминологическая процедура: оно представляет собой предварительное теоретическое условие адаптации системы высшего образования к потребностям социума.
4. Выявить значение новых форм организации высшего образования в стране, обратив особое внимание на проблемы социального статуса, экономического положения и дальнейших судеб такого звена системы высшего образования, каким стало негосударственное высшее учебное заведение.

Решение этих задач, сам ход решения помимо чисто прагматического интереса представляет собой интересный феномен, выступающий по отношению ко всему материалу диссертации в роли своеобразного case studies, который позволяет силой выразительного примера подтвердить основные теоретические выводы диссертации.

Методологические основы диссертации. Особого внимания заслуживает обоснование необходимости разрабатывать методологические аспекты обозначенной темы в рамках общего социально-философского рассмотрения проблем образования и культуры. В методологии, лежащей в основании диссертации на столь жгуче актуальную тему, неизбежно сильное влияние полемических моментов, что, с одной стороны, нельзя не признать в данном случае позитивным по уже неоднократно упоминавшимся причинам. Однако, с другой стороны, сама постановка вопроса в диссертации, будучи ориентированной на интеграцию различных подходов к модернизации системы образования, предполагает не заведомо бесплодное в данном случае обострение и без того ожесточенной полемики – тем более ожесточенной, чем более велико мировоззренческое различие позиций, – но, скорее, попытку обнаружить те пока еще слабо заметные элементы предположительного консенсуса, которые в дальнейшем, быть может, позволят говорить хотя бы об общей почве для последующих дискуссий.

Лишь строго научный – и никакой другой – подход, по убеждению автора, в силах обеспечить продвижение в направлении разрешения кажущихся ныне почти неразрешимых проблем.

Методология диссертации во многом определена ее теоретическим фундаментом. Критико-аналитическая позиция автора опирается, несмотря на широкое привлечение данных мировой науки, прежде всего на достижения современной отечественной философско-исторической мысли и общей теории культуры. Автор подвергает анализу две приобретшие известность точки зрения на соотношение общества, культуры, образования и роли последнего в дальнейшей эволюции социума (в смысле, который придает этому последнему понятию К.Х.Момджян). Это точки зрения Ю.И.Семенова и Ю.А.Муравьева. Коротко суть результатов этого анализа можно свести к следующему. Основа, на которой строятся позиции обоих ученых, представляет собой марксистскую парадигму в той ее форме, которая не имеет ничего общего с советским вариантом марксизма.

Что же касается различий, то, несмотря на отношении ментора – адепта, связывающие упомянутых социальных философов, эти различия простираются дальше, чем можно было бы предположить, – в сферу глубинных общемировоззренческих установок. Если не предаваться «чтению в сердцах», а ограничиться лишь тем, что непосредственно вытекает из очевидных этапов научного пути исследователей, можно сказать, что взгляд Ю.И.Семенова несет на себе следы длинного пути блестящего историка-методолога, привыкшего к поискам исторических закономерностей, тогда как в целом в гораздо большей степени лингвоцентричная, литературно-художественная и филологически ориентированная позиция Ю.А.Муравьева диктует этому автору de facto в значительно большей степени волюнтаристские ориентиры в отношении закономерностей, найденных на историческом пути Ю.И.Семеновым. В диссертации довольно подробно прослеживаются черты расхождений с этими авторами по ряду позиций в рамках близкой и общей теоретико-методологической базы.

Новые результаты, полученные в работе. Вся совокупность теоретических выводов, опирающихся на представленный в диссертации материал, представляет собой осмысление ситуации, которая уникальна в истории человечества. Поэтому независимо от того, будут ли эти выводы в дальнейшем реализованы в нашем обществе, или их реализация окажется за пределами исторически видимого нам с наших нынешних позиций на шкале времени периода, сама попытка осмыслить этот новый материал с позиций социально-философской теории не может не обладать значительной степенью теоретического интереса. Конкретно говоря, теоретические выводы автора привели к выдвижению ряда идей, каждая из которых воплощена в соответствующих взаимосвязях категорий, позволяющих осмыслить эту новую реальность.

Элементы новизны для состоят в следующем:
1. Понятие образования необходимо радикально переосмысливать каждый раз, когда историческое развитие человечества подходит к очередному рубежу. Тотализация и генерализация в модернизирующемся мире задают основные параметры, которые только и позволяют продуктивно рассматривать процессы изменения системы культуры и образования с точки зрения их действительной сущности. Представление о роли образования в современном мире должно претерпеть серьезную модернизацию в эпоху модернизации экономики современной системы мировой периферии и придти в соответствие с эстафетно-стадиальными представлениями о динамике общественного развития.

2. В свете наиболее продуктивной, по мнению автора, экспериентной теории культуры образование в этих условиях определяется как система трансляции социально значимого опыта через поколения.

3. Конечным результатом такого понимания образования в условиях модернизирующегося мира и процессов глобализации, имеющих следствием перемену в соотношении мирового центра и периферии, должна стать концепция культуры, в рамках которой особое значение приобретает понятие культурного и образовательного уровня. Тем самым на первый план выходит в противовес господствующим ныне «горизонтальным» метафорам в отношении образования культурная вертикаль, в связи с чем и выявляется круг проблем, порождаемых необходимостью построения вертикальной шкалы образовательных критериев на базе индикаторов социального и культурного развития.

4. Институционально система образования многих стран мира на практике пришла к необходимости формирования своего рода культурного и образовательного минимума, который, не выступая в качестве образовательного ценза, то есть, не будучи ограничением по образовательному принципу, напротив, позволяет, ни в чем ни юридически, ни фактически не ущемляя прав культурных общностей, применить единый критерий в области образования ко всему разнообразию культурных, этнических и прочих единиц социума (в смысле К.Х.Момджяна).

5. Анализ практики построения индикаторов социального и культурного развития (и в первую очередь практики международных организаций – ООН и ЮНЕСКО) приводит к необходимости применения определенных стандартов для оценки общего состояния культуры и образования в разных частях мира. В этом контексте автором предлагается ввести понятие медиокризации культуры – приведение образовательного и культурного стандарта к некой средней величине, которая на определенном культурном уровне способна выполнить роль универсального показателя состояния культуры того или иного сообщества.

6. Практика – объективные тенденции развития системы образования и воспитания в нашей стране, – составляя исходный материал теоретических обобщений, подтверждает плодотворность применения выдвинутых в диссертации концептуальных разработок. Подтверждающим примером выдвигаемых положений могут служить судьбы сложившихся в стране образовательных структур негосударственного высшего образования. Именно функционирование и развитие этих структур суть в первую очередь область применения на практике теоретических выводов диссертации.

Теоретическая и практическая значимость результатов. Реальная значимость полученных диссертантом результатов вытекает из разрешения поставленных исследовательских задач. В первую очередь следует выделить значение теоретической постановки вопроса о социально-философском фундаменте всех современных образовательных стратегий, нацеленных на эффективное осуществление образовательных реформ.

Теоретически значим тезис о том, что для системы культуры и образования факт глобализации и переход ряда стран и регионов на путь зависимого развития поистине судьбоносен. В связи с этим представляется полезной инновацией введение понятий «минимизация» образования и медиокризации культуры и использование этих понятий для объяснения значимых и знаковых процессов в обществе.

Социально-философская парадигма модернизации выступает как фундамент сопоставления уровней социального развития России и стран Европы, помогает понять причины социально-экономического, технико-технологического, правового, культурного отставания России в современный период, и соответственно вводит ограничения для заимствования и дублирования западного опыта на российской действительности.

Рассмотрены и обобщены организационно-управленческие проблемы современной системы образования применительно к модернизирующемуся миру в условиях глобализации и зависимого развития. Эти выводы могут быть прямо применены к практике образовательной деятельности в современной России.

Развитие негосударственных высших учебных заведений, обогатив палитру образовательных возможностей индивида, вместе с тем поставило ряд чисто теоретических проблем, решение которых стало насущной необходимостью для практики, так что вопреки обыкновению уменьшился временной лаг между выдвижением теоретического положения и его внедрением в непосредственную практику образовательного процесса, что парадоксальным образом положительно сказалось на развитии теории культурных и образовательных процессов – теории социокультурной деятельности, поскольку создались благоприятные условия как для выдвижения новых образовательных проектов, так и для проверки практикой и последующего отбрасывания тех из них, которые оказались нежизнеспособными. Некоторые результаты действия таких исследовательских эволюций проанализированы в диссертации на материале деятельности негосударственных высших учебных заведений как опытного поля инноваций в вузовской педагогике.

Апробация работы. Основные положения диссертации нашли отражение в ряде публикаций: статей, тезисов, брошюры – в выступлениях на международных научных, научно-практических, научно-технических конференциях и семинарах, в частности, на Международной научно-практической конференции «Проблемы и перспективы развития системы предвузовского обучения иностранных граждан на рубеже третьего тысячелетия» (Москва, 2000 г.), Международной научно-технической конференции, посвященной 30-летию со дня основания МГТУ ГА (Москва, 2001г.), Международной научной конференции «Социально-экономические проблемы российских реформ» под рук. Мин. образования РФ с участием философского факультета МГУ им. М.В.Ломоносова.; Московского государственного открытого университета; Российской экономической академии им. Г.В.Плеханова; Коломенского государственного педагогического института (Коломна, 2001 г.), годичных чтениях на кафедре философии и гуманитарных дисциплин Московского социально-гуманитарного института, а также в выступлениях на занятиях постоянно действующего теоретического семинара при той же кафедре. Положения диссертации нашли отражение в ряде курсов, прочитанных для студентов Егорьевского филиала МСГИ на протяжении 1999–2002 учебных гг., а также в ряде публикаций автора (см. список работ в конце реферата).

Запрос на полный текст диссертации присылайте на адрес kulseg@mail.ru

Биология
Ветерин ария
География
Искусствоведение
История
Культурология
Медицина
Педагогика
Политика
Психология
Сельхоз
Социология
Техника
Физ-мат
Филология
Философия
Химия
Экономика
Юриспруденция

Подписаться на новости библиотеки

Пишите нам
X