Библиотека ДИССЕРТАЦИЙ
Главная страница Каталог

Новые диссертации Авторефераты
Книги
Статьи
О сайте
Авторские права
О защите
Для авторов
Бюллетень ВАК
Аспирантам
Новости
Поиск
Конференции
Полезные ссылки
СУПЕРОБУЧЕНИЕ
Комната отдыха

Введите слово для поиска

Киричёк Евгений Владимирович
Организационно-правовой механизм обеспечения конституционных прав и свобод человека и гражданина в условиях взаимодействия полиции и институтов гражданского общества в Российской Федерации

АКАДЕМИЯ УПРАВЛЕНИЯ МИНИСТЕРСТВА ВНУТРЕННИХ ДЕЛ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ


Специальность 12.00.11 – судебная деятельность; прокурорская деятельность; правозащитная и правоохранительная деятельность
Специальность 12.00.02 – конституционное право; конституционный судебный процесс; муниципальное право


Диссертация
на соискание ученой степени доктора юридических наук


Научный консультант: академик РАЕН, доктор юридических наук, профессор И.В. Гончаров


МОСКВА – 2014

Содержание диссертации
Организационно-правовой механизм обеспечения конституционных прав и свобод человека и гражданина в условиях взаимодействия полиции и институтов гражданского общества в Российской Федерации

Введение

ГЛАВА 1. Теоретико-методологические основы конституционного закрепления прав и свобод человека и гражданина и организационно-правового механизма их обеспечения в Российской Федерации
1.1. Формирование и развитие концепции прав и свобод человека и гражданина и механизма их обеспечения: российский и зарубежный опыт
1.2. Современные подходы в исследовании сущности конституционных прав и свобод человека и гражданина в условиях модернизации правовой системы России
1.3. Особенности классификации конституционных прав и свобод человека и гражданина в Российской Федерации
1.4. Герменевтика организационно-правового механизма обеспечения конституционных прав и свобод человека и гражданина в Российской Федерации

ГЛАВА 2. Сущность организационно-правового механизма обеспечения конституционных прав и свобод человека и гражданина
2.1. Понятие, признаки и структура организационно-правового механизма обеспечения конституционных прав и свобод человека и гражданина в Российской Федерации
2.2. Федеральные органы государственной власти в организационно-правовом механизме обеспечения конституционных прав и свобод человека и гражданина в Российской Федерации
2.3. Органы государственной власти субъектов Российской Федерации в организационно-правовом механизме обеспечения конституционных прав и свобод человека и гражданина
2.4. Органы местного самоуправления в организационно-правовом механизме обеспечения конституционных прав и свобод человека и гражданина в Российской Федерации
2.5. Международно-правовые средства обеспечения конституционных прав и свобод человека и гражданина в условиях интеграции России в мировое сообщество
2.6. Проблемы и перспективы модернизации организационно-правового механизма обеспечения конституционных прав и свобод человека и гражданина в Российской Федерации

ГЛАВА 3. Полиция в организационно-правовом механизме обеспечения конституционных прав и свобод человека и гражданина в Российской Федерации: общетеоретические и практические проблемы
3.1. Место и роль полиции в организационно-правовом механизме обеспечения конституционных прав и свобод человека и гражданина в Российской Федерации
3.2. Особенности правового регулирования организации и деятельности полиции по обеспечению конституционных прав и свобод человека и гражданина в Российской Федерации: современное состояние и динамика развития
3.3. Основные принципы, формы и методы деятельности полиции по обеспечению конституционных прав и свобод человека и гражданина в Российской Федерации
3.4. Взаимодействие полиции России с правоохранительными органами иностранных государств и международными полицейскими организациями в области обеспечения конституционных прав и свобод человека и гражданина

ГЛАВА 4. Институты гражданского общества в организационно-правовом механизме обеспечения конституционных прав и свобод человека и гражданина в Российской Федерации
4.1. Генезис гражданского общества и его институтов в отечественной юридической науке
4.2. Общая характеристика гражданского общества в Российской Федерации
4.3. Место институтов гражданского общества в организационно-правовом механизме обеспечения конституционных прав и свобод человека и гражданина в Российской Федерации

ГЛАВА 5. Взаимодействие полиции и институтов гражданского общества при обеспечении конституционных прав и свобод человека и гражданина в Российской Федерации: проблемы и перспективы
5.1. Общая характеристика и основные доктринальные модели взаимодействия полиции и институтов гражданского общества в Российской Федерации
5.2. Взаимодействие полиции с общественными объединениями и иными институтами гражданского общества при обеспечении конституционных прав и свобод человека и гражданина в Российской Федерации
5.3. Особенности взаимодействия полиции и средств массовой информации при обеспечении конституционных прав и свобод человека и гражданина в Российской Федерации
5.4. Основные направления совершенствования деятельности полиции по взаимодействию с институтами гражданского общества при обеспечении конституционных прав и свобод человека и гражданина в Российской Федерации

Заключение
Список использованных источников и литературы
Приложения

ГЛАВА 1. ТЕОРЕТИКО-МЕТОДОЛОГИЧЕСКИЕ ОСНОВЫ КОНСТИТУЦИОННОГО ЗАКРЕПЛЕНИЯ ПРАВ И СВОБОД ЧЕЛОВЕКА И ГРАЖДАНИНА И ОРГАНИЗАЦИОННО-ПРАВОВОГО МЕХАНИЗМА ИХ ОБЕСПЕЧЕНИЯ В РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

1.1. Формирование и развитие концепции прав и свобод человека и гражданина и механизма их обеспечения: российский и зарубежный опыт

Права и свободы человека и гражданина – это есть одна из «вечных» проблем социально-культурного развития человечества, охватывающая тысячелетия и связанная с генезисом правовых норм, в которых они провозглашены. В разное время эта проблема имела неодинаковую направленность (то религиозную, то этическую, то философскую) в зависимости от позиции, находившихся у власти классов, относительно распределения прав, свобод и обязанностей в обществе, от исторического этапа социального развития.

Вопрос о том, что лежит в основе прав и свобод человека и гражданина, никогда не решался однозначно. Так, согласно преобладающим христианско-религиозным суждениям «эти права были предначертаны Создателем при сотворении мира», и неверно говорить, что их «даруют» какие-либо институты – госу-дарства или международные организации. Эти структуры лишь осуществляют предначертание Господне – написанный в сердцах закон». Данте в конце XIII в. писал, что Бог вложил в природу человека свободу, которая заключается в жизни для самих себя. В светской же мысли передовую, прогрессивную роль сыграла и во многом ее сохраняет естественно-правовая концепция, многие из основоположников и виднейших представителей которой имели непосредственное отно-шение к странам, охваченным буржуазными революциями (Б, Спиноза – в Голландии, Д. Локк – в Англии, Вольтер и Ж.-Ж. Руссо – во Франции, Б. Франклин и Т. Джефферсон – в США).

Они не только критиковали феодальные порядки, но и обосновывали необходимость верховенства права в отношениях между личностью и государством, упорно отстаивали идею общественного договора как фундамента происхождения и легальности функционирования институтов власти. Согласно концепции естественного права первостепенным источником прав человека служит сама его биосоциальная природа, а они, соответственно, выступают в качестве прирожденных и неотчуждаемых, а не дарованных (октроированных) правителями. В свою очередь, выраженные в фундаментальных правах человека идеи свободы, равенства (равноправия), социальные возможности служат утверждению его достоинства, позволяют обеспечивать достойную жизнь, обоснованно претендуя на необходимый для этого объем ценностей (благ).

Исследователи данной проблемы отмечают, что признание прав человека есть признание достоинства, которое является его абсолютным свойством, олицетворяющим постоянство человеческой сущности, сохраняемой благодаря передаче по наследству строго определенных и сущностно неизменных физиологических, психологических и душевных качеств человека. В любом государственно-организованном обществе провозглашение и неоспоримость названного свойства достигается посредством практического осуществления прав и свобод человека и гражданина, которые по мере общественного прогресса, так или иначе, неизменно распространялись на весь более широкий круг субъектов. Исторический процесс никогда не проходил беспрепятственно, сопровождался острыми социальными столкновениями за права и свободы. Он показывает, что каждому поколению, как справедливо отмечено, нужно вновь и вновь защищать права и свободы человека и гражданина, что человечество еще не достигло уровня, когда не требуется усилий для охраны и защиты прав человека и гражданина.

Всякое поколение соответствующим образом отвечает на неизменный вызов истории, связанный с отстаиванием такой великой ценности, как свобода и права человека и гражданина.

Более осознанно к изучаемой проблеме стали подходить древнегреческие мыслители (Платон, Сократ, Аристотель и др.), что объясняется определяющей ролью торговли в древних средиземноморских культурах. Так, Аристотель наделял личность определенными правами, прежде всего политическими, а, рассуждая о гражданстве, в качестве его непременных характеристик указывал на право быть судьей или магистратом, участвовать в суде и народном собрании.

Объективная ценность человека обусловлена его отличиями и способностью предоставлять блага, которые другие люди либо не могут предоставить, либо могут это сделать в весьма ограниченных размерах. Как писал Ф. Хайек: «... людям нужно было стать разными, прежде чем они могли стать свободными».

В целом, античное сознание не знало идеи прав человека (только права гражданина). Это выражалось в том, что: а) индивид не мыслился вне социума и пользовался социальными возможностями исключительно как член государства; б) конфликт между общественно-государственным и индивидуальным интересом всегда решался в пользу первого, власть большинства (народного собрания) не была ограничена (хотя в Древнем Риме и Древней Греции появились зачатки разделения властей на практике и в теории «смешанных властей»); в) римская цивилизация не наделила индивида правами человека, т. к. вплоть до своего заката не признала за ней свободы воли, человеческие поступки были детерминированы фатумом (судьбой); г) люди не признавались равными в расовом отношении и, следовательно, религиозно, политически, юридически.

Основоположники теории научного социализма писали: «В предшествующие исторические эпохи мы находим почти повсюду полное расчленение общества на различные сословия, - целую лестницу различных общественных положений. В Древнем Риме мы встречаем патрициев, всадников, плебеев, рабов; в средине века - феодальных господ, вассалов, цеховых мастеров, подмастерьев, крепостных, и к тому же почти в каждом из этих классов - еще особые градации».

На всех этапах развития феодального общества положение крепостного крестьянина, находившегося под тройным гнетом - господина, церкви, государства, мало чем отличалось от положения рабов. Удельный же князь, феодальный рыцарь не признавали над собой никакой верховной власти и никаких обязанностей, за исключением тех, которые сами добровольно или под влиянием силы принимали на себя по договору с каким-либо сеньором.

Несмотря на то, что для эпохи средневековья, в целом, характерны: ограничение свободы, порождение произвола бесправием большинства, культ силы, систематическое насилие, именно в этот период появились новые представления о взаимоотношениях государства и личности. Так, например, в Англии возникают попытки ограничить права монархии, соединив ее с сословным представительством и определив для монарха правила, которым он должен придерживаться. Такое противостояние завершилось принятием Великой хартии вольностей 1215 г., которая провозгласила неприкосновенность имущества, назначение наказания только по приговору суда, право покидать страну и свободно возвращаться обратно и др.

Огромное значение в данный период времени имели, широко распространившиеся с XII в., доктрины Страшного суда и Чистилища, которые Берман назвал «великой вселенской демократией».

В период становления буржуазного строя в Англии в 1679 г. принимается Хабеас корпус акт, который вводит процедуру освобождения арестованных из тюрьмы в тех случаях, когда по закону они могут быть взяты на поруки, устанавливает гарантии неприкосновенности личности, принцип презумпции невиновности, сроки давности и другие гарантии защиты прав личности.

Значительное развитие права человека получают в Билле о правах, принятом Англией в 1689 г. Этот документ установил свободу слова, свободу выборов в парламент, право обращения подданных с петицией к королю, запретил жестокие наказания, установил ряд правил участия присяжных в судебном заседании.

Все эти документы сыграли важную роль в истории прав человека. Поскольку именно они заложили основы концепции процессуальных гарантий и взаимодействия государственной власти и личности.

Характерными для данного периода являются идеи мыслителей об ограничении власти и свободе граждан. Об этом говорили Б. Спиноза (1632-1677 гг.), Ч. Чонси (1705-1787 гг.). Свой вклад в создание теоретических основ идеи прав человека внесли Р. Вильямс (1603-1683 гг.), Дж. Мильтон (1608-1674 гг.), Дж. Лильберн (1618-1657 гг.), С. Пуффендорф (1632-1694 гг.), Дж. Уайз (1652-1725 гг.), Дж. Мэйхью (1720-1766 гг.), левеллеры, индепенденты и другие.

Одним из первых в конце XVII в. заговорил о правах человека английский мыслитель Дж. Локк (1632-1704 гг.) в работах «О гражданском правительстве», «Два трактата о правлении», считавший, что всем с рождения принадлежит право на жизнь, на собственность и свободу. Гарантиями этих прав являются прочные законы и разделение властей. При этом он подчеркивал связь свободы человеческой личности с частной собственностью: «Жизнь, свобода и владение» - это такие понятия, которые можно обозначить одним общим именем – «собственность». Сторонники Дж. Локка по школе естественного права обосновывали свои концепции ссылками на природу или Бога. Но в данном случае важна не безукоризненность обоснования прав человека, а то, что этот вопрос был воспринят как социально значимый, человечество возвысилось до уровня самосознания, которое признает ценность каждого «Я» и равноценность интересов всех индивидов.

П.А. Гольбах - один из наиболее последовательных выразителей идеологии буржуазии - на первое место в системе прав человека ставил право на собственность.

Аналогичного мнения придерживался другой французский просветитель - философ - материалист XVIII в. К.А. Гельвеций, который в качестве «первого и самого священного из принципов или законов, годных для всех обществ», называл «тот, который обеспечивает каждому собственность, его имущество, жизнь и свободу». По его мнению, право частной собственности священно потому, что «сохранение собственности есть моральный бог государства: она поддерживает здесь домашний мир и заставляет царствовать справедливость; потому, что люди объединились для того, чтобы обеспечить себе свою собственность; потому, что справедливость, заключающая в себе почти все добродетели, состоит в том, чтобы воздавать всякому то, что ему принадлежит, а оно сводится, следовательно, к поддержанию этого права собственности».

Таким образом, перечень этих прав (жизнь, свобода, собственность) даже у самых последовательных и революционных мыслителей периода буржуазных революций лишь обеспечил преодоление феодальных барьеров. Тот же Дж. Локк, по учению которого свобода есть сущность человека, санкционировал и рабство, и крепостное право в конституции, составленной им для Северной Каролины.

Европейское правило обращения к правам и привилегиям свободных людей была воспринята и развита в Новом свете. Это отразилось в принятии таких документов, как колониальная Хартия Вирджинии 1606 г.; «Свод свобод» Массачусетса, автором которого был Н. Уорд (1578-1652 гг.); «Законы и свободы Массачусетса» 1648 г., многие положения которого вошли впоследствии в Билль о правах (1791 г.); Хартия Пенсильвании и другие хартии; Закон о веротерпимости штата Мэриленд (1649 г.); Декларация прав Вирджинии 1776 г., составленная Дж. Мэдисоном; особые билли о правах, принятые в период с 1776 по 1783 гг. в штатах Мэриленд, Пенсильвания, Северная Каролина, Вермонт, Массачусетс, Делавер, Нью-Гэмпшир; Закон Вирджинии о религиозных свободах (1786 г.). Приговоры судов присяжных создавали прецедентную базу для защиты прав. Так, вердикт 1735 г., вынесенный судом присяжных Нью-Йорка, лег в основание процесса становления свободы печати. Вышесказанное свидетельствует о наличии в добуржуазном периоде глубоких корней идеи прав человека.

Эти документы закрепляли целый ряд традиционных английских прав и свобод, процессуальные гарантии, использовали теоретические достижения школы естественного права - такие, как неотъемлемые права, автономия, изначально присущая человеку, разделение властей, принцип государства с ограниченной властью, народный суверенитет, принцип реализации свободы через экономическую самостоятельность. Истоки американской концепции прав человека исследователи находят и в религиозно-этических нормах, и в принципах римского права.

Среди теоретиков прав человека следует отметить философа - публициста Т. Пейна (1737-1809 гг.). Именно благодаря его работам, особенно трактату «Права человека», широкие слои общества ознакомились с идеями Французской революции.

К концу 80-х гг. XVIII в. во Франции мысль о необходимости декларации прав человека высказывали избиратели Немурского и Парижского генералитетов. Образец перечня прав содержался в одном из наказов Учредительному Собранию.

Неоценимый вклад в развитие концепции прав человека внесла, принятая в 1789 г. в ходе Великой французской революции «Декларация прав человека и гражданина», закрепившая положение о том, что люди рождаются и остаются свободными и равными в правах. Однако это не означало равного участия всех в политической власти. «Объявляя, что люди рождаются и остаются свободными и равными в правах, никогда в 1789 г. не думали утверждать принцип политического равенства, т. е. равного участия всех в политической власти». Развивая это положение, ст. 6 Декларации 1789 г. провозглашала, что «закон должен быть одинаковым для всех, кого бы он ни охранял». Иначе говоря, равенство (одинаковость закона) прямо увязывалось с охраной прав и выступало как его порождение.

В.И. Ленин по этому поводу писал: «Закон одинаково охраняет всех, охраняет собственность, у кого она есть, от покушений против собственности со стороны той массы, которая, не имея собственности, не имея ничего, кроме своих рук, постепенно нищает, разоряется и превращается в пролетариев. Таково капиталистическое общество». Сомнений не было, что при столкновении равенства и частной собственности приоритет имела собственность.

Вместе с тем, даже это формальное равенство, будучи провозглашенным в конституционных актах, далеко не всегда отражалось в текущих законах. Английский юрист Э. Поррита, характеризуя акт 1875 г. «О рабочих и хозяевах», говорил, что за ним «сохраняется в истории Англии глава первого закона, уравнявшего права хозяина и рабочего».

В Декларации 1789 г. абсолютизировались права человека. Им приписывались атрибуты, до того принадлежавшие Богу: вечность и священность. «Неотчуждаемыми» и «неотделимыми» правами человек наделялся не от природы или Бога, как указывалось в американских документах, а перед лицом и под покровительством Верховного Существа.

Декларация независимости США 1776 г., которую К. Маркс назвал первой декларацией прав человека, оказала неопровержимое идейное и нормативно-юридическое воздействие на содержание знаменитой французской декларации 1789 г., с которой в Старом Свете обычно связывали возникновение прав человека. Известный буржуазный государствовед Георг Еллинек писал, что принципы 1789 г. - это на самом деле принципы 1776 г., подразумевая влияние североамериканских конституционных актов на взгляды составителей Декларации 1789 г.. На это обратил внимание и видный русский государствовед Н.М. Коркунов, по мнению которого, «эти американские декларации послужили образцом для французской декларации прав человека и гражданина 1789 г.».

Благодаря Французской революции закрепилась традиция внесения прав человека в публичное законодательство. Как подчеркивал В.И. Ленин, революция 1789 г. «всему миру дала такие устои буржуазной демократии, буржуазной свободы, которые были уже неустранимы».

В период утверждения новой общественно-экономической формации права человека рассматривались в качестве научной категории, другой стороной которой выступали обязанности государства, что было отражено и в первых конституционных актах буржуазии (в XIX в. положения о правах личности были включены в швейцарскую, бельгийскую, итальянскую, датскую, австро-венгерскую, испанскую Конституции).

Хотя, что касается обязанностей человека и гражданина периода буржуазных революций, то в науке существуют различные мнения, порой весьма и весьма противоречивые. Так, академик Имре Сабо, рассматривая возникновение и развитие проблемы обязанностей, пишет, что в период победы буржуазных революций «разговоры об обязанностях наряду с правами не имели ни значения, ни отклика». Более того, «в литературе по естественному праву никогда не затрагивался вопрос об обязанностях человека; такого понятия просто не знали».

Подобные взгляды, получившие достаточно широкое распространение в социалистической литературе, как представляется, излишне категоричны. Идея обязанностей человека и гражданина не только изучалась представителями школы естественного права, но и получила отражение, как уже было отмечено ранее, в конституционной практике буржуазных государств.

Права человека как общественное явление и его философское, политическое и юридическое обоснование сложились и развились в эпоху капитализма, в рамках естественно-правовой доктрины, элементы которой возникли много ранее (Аристотель, стоики, Фома Аквинский), которая именно в этот период была лишена религиозного обличия. Как подчеркивал К. Маркс, рассматривая взгляды философов XVII-XVIII вв., вся эта «новейшая философия только продолжала ту работу, которая была начата уже Гераклитом и Аристотелем». Он указывал, что «... Макиавелли, Кампанелла, а впоследствии Гоббс, Спиноза, Гуго Гроций, вплоть до Руссо, Фихте, Гегеля стали рассматривать государство человеческими глазами и выводить его естественные законы из разума и опыта, а не из теологии». Однако, как представляется, что идеи некоторых перечисленных философов, подчеркивающие отход от теологии, были непоследовательными, половинчатыми, возможно, это связано с периодом времени, в котором они жили и творили.

Так, например, Гуго Гроций в своей известной работе «О праве войны и мира» пишет о «том праве, которое определяет отношения между многими народами или их правителями и которое имеет источником саму природу или установлено законами божескими, или же введено нравами или молчаливым соглашением».

После утверждения капитализма на первый план выдвинулись права государства, а обязанности буржуазного государства стали рассматриваться как морально-политическая категория, не имеющая юридического значения. Как писал известный французский государствовед А. Эсмен, «индивидуальные права представляют все одну общую черту: они ограничивают права государства, но не требуют от него никаких положительных услуг, никаких жертв в пользу граждан. Государство должно воздерживаться от вмешательства в известные области, предоставляя известный простор личной деятельности, но индивидуум больше ничего не может требовать на этой почве». Таким, образом, права человека противопоставлялись правам государства. Этой позиции придерживались, помимо Эсмена, и другие государствоведы (Иеринг, Еллинек, Дюги и др.). Так, например, Л. Дюги утверждал, что «... Все члены общества обязаны и силу нормы права ничего не делать, что противоречило бы социальной солидарности, и делать все, что в их власти, для обеспечения ее реализации».

Впрочем, даже самое добросовестное изучение произведений тех или иных мыслителей далеко не всегда в состоянии дать точное представление об их практических результатах: речь, стало быть, должна идти о том, насколько эти учения были реализованы в конституционной практике государства и социальной действительности.

Права и свободы человека и гражданина, сложившиеся в эпоху становления капитализма, прошли несколько этапов: 1) в начальный период своего развития они были направлены против феодальных порядков, носили демократический характер и служили утверждению капиталистического способа производства; 2) на этом этапе, в период от упрочения капитализма и до перехода его в свою высшую и последнюю стадию, права человека получили всеобщее признание и конституционное закрепление; 3) переход капитализма в завершающую стадию своего развития. Права и свободы человека начинают изживать себя, становятся излишними. В новых исторических условиях они уже не имеют той экономической основы, на которой возникли и развивались. Более того, составляя легальную основу борьбы трудящихся масс за улучшение условий жизнедеятельности, они представляют определенную угрозу данному общественному строю.

Возникают и политико-юридические концепции, направленные на размежевание демократического содержания прав человека и тем самым укрепление империалистического государства и утверждение опирающегося на частную собственность строя эксплуатации и угнетения. «… Я отрицаю и субъективное право государства, и субъективное право индивида», - отмечает Дюги. Права человека потеряли свою значимость. В борьбе за сохранение своего господствующего положения империализм пренебрегает демократическими правами и свободами, применяет открытое, насилие, бесчеловечные методы полицейских преследований и т. д.

Реализация модели общества, предложенной классическим либерализмом, породила проблемы, которые требовали пересмотра взглядов на взаимоотношения личности и государства. Последнее начинало мыслиться в качестве более активного субъекта обеспечения прав и свобод человека и гражданина. Политика строгого невмешательства привела к известному «парадоксу свободы»: чем больше свободы предоставлено, тем меньше ее становится. Бесконтрольная хозяйственная деятельность, неограниченная свобода договора, запрет профессиональных объединений (в том числе и предпринимательских) вели к экономическому подавлению многих. Общественная мысль и практика повернулись к государству, которое должно было принять участие в создании системы социальной защиты.

С середины XIX в. в Европе начинает совершенствоваться социальное законодательство: пенсии по старости и инвалидности, страхование несчастных случаев, страхование по болезни. Все это явилось началом формирования второго поколения прав человека, без которых изменившаяся социальная система становилась неэффективной. Зарождалась позитивная концепция прав человека.

В XX в. начался новый этап в истории прав человека, который характеризовался коллективными международными действиями. По-настоящему новая фаза наступила после второй мировой войны, когда 10 декабря 1948 г. Генеральная Ассамблея ООН утвердила и провозгласила Всеобщую декларацию прав человека, которая стала первым в истории универсальным документом. Кроме этого права человека нашли свое подтверждение и развитие и в ряде других международных актах, в т. ч. Пактах о правах человека 1966 г. (Международном пакте об экономических, социальных и культурных правах от 16 декабря 1966 г., Международном пакте о гражданских и политических правах от 16 декабря 1966 г., включая соответствующие факультативные протоколы к ним и др.) и в иных универсальных и региональных соглашениях, которые в совокупности представляют собой Международный Билль о правах человека. С 50-х гг. XX в. в связи с процессами интеграции государств, созданием разного рода межгосударственных объединений, сообществ, союзов этими объединениями стали приниматься свои декларации и хартии о правах человека (например, Конвенция Содружества Независимых Государств о правах и основных свободах человека 1995 г.).

К. Штерн отмечает: «Основные права, закрепленные в конституциях государств, базируются на правах человека: они вбирают в себя содержащиеся в них личностное и естественно-правовое начало. В качестве существенно нового элемента выступает позитивно-правовая институализация. Государственно-правовое признание и гарантированность означают большой прорыв в идее прав человека … . Заимствованные из постулатов и деклараций как права естественные, они становятся правами в юридическом смысле».

Подавляющее большинство демократических государств не только регламентируют на конституционном уровне значительный комплекс прав и свобод человека и гражданина, подчеркивают их незыблемый характер, но и официально провозглашают принцип приоритета международных норм-стандартов о правах человека над национальным законодательством. Так, Основной Закон ФРГ (1949 г.), называя уважение и защиту человеческого достоинства обязанностью всякой власти, признавая неприкосновенные и неотчуждаемые права человека (ст. 1), гласит: «Общие нормы международного права являются составной частью права Федерации. Они имеют преимущество перед законами и непосредственно порождают права и обязанности для жителей федеральной территории» (ст. 25). По Конституции Испании (1978 г.) достоинство человека и неприкосновенность его прав, свободное развитие личности, уважение к закону и правам других людей являются основой политического строя и социального мира.

Со всей определенностью указывается, что «нормы, связанные с основными правами и обязанностями, закрепленные Конституцией, соответствуют Всеобщей декларации прав человека, международным договорам и соглашениям по этим вопросам, ратифицированным Испанией» (ст. 10), что международные договоры Испании «составляют часть ее внутреннего законодательства» (ст. 96). В соответствии со ст. 10 Конституции Итальянской Республики (1947 г.) «Правопорядок Италии согласуется с общепризнанными нормами международного права. Правовое положение иностранцев регулируется законом в соответствии с международными обычаями и договорами». В связи с этим нельзя обойти вниманием знаменательный факт. В аналогичном ракурсе стала строиться политико-правовая практика, начиная с России, целого ряда стран СНГ, а также Балтии, Восточной Европы, имевших коммунистическую ориентацию. Их основные внутригосударственные законы, как правило, подробно формулируют права и свободы человека и гражданина.

Эти законы, утверждая политический плюрализм, духовную свободу, частную собственность, в немалой степени воспринимают лучшие достижения стран с развитой системой народовластия, рыночной экономикой, обеспеченной социальной сферой. Всестороннее сближение государств с демократическим устройством последовательно влечет унификацию фундаментальных положений о правах человека и гражданина. Так, в Конституции Республики Казахстан (1995 г.) правам и свободам человека и гражданина посвящен раздел II «Человек и гражданин», в Конституции Литовской Республики (1992 г.) глава II «Человек и государство», в Конституции Эстонской Республики (1992 г.) глава вторая «Основные права, свободы и обязанности», в Конституции Республики Беларусь (1996 г.) раздел II «Личность, общество, государство».

Дальнейшая история прав человека связана с конкретизацией положений, их углублением и расширением, приданием им статуса юридически обязательных, реализацией на государственном уровне, с организацией международного контроля, включая региональный, за их соблюдением и защитой.

Не обошли вниманием проблемы прав человека и правовую систему российского общества. Справедливость данных утверждений может быть подтверждена некоторыми историческими сведениями.

В XVI в. в России было известно право печалования, то есть право на заступничество со стороны Церкви за тех, кто притесняется светскими властями. Возможность легального противостояния официальным властям, в т. ч. и в вопросе защиты личных интересов, является одним из обязательных условий функционирования института прав и свобод человека и гражданина. Наличие права печа-лования позволяет говорить о некоторых зачатках системы плюрализма юрисдикции.

Со второй половины XVII в. в России одними из носителей идеи всеобщего равенства являлись старообрядцы. Это один из тех нередких случаев, когда прогрессивные идеи приобретают консервативную форму.

Для этого периода характерны взгляды: Симеона Полоцкого (1629-1680 гг.), выступавшего за равный для всех суд; Ю. Крижанича (1618-1683 гг.), утверждавшего, что достижение свободы возможно только там, где каждый человек пользуется своим трудом и распоряжается своим имуществом; А.Л. Ордина-Нащокина (1605-1680 гг.), считавшего необходимым предоставление городам некоторых политических и экономических прав; И.Т. Посошкова (1652-1726 гг.), указывавшего на необходимость ряда процессуальных гарантий прав личности, принципов равенства, состязательности при осуществлении правосудия; В.Н. Татищева (1686-1750 гг.) считавшего, что неволя и рабство противоречат христианству.

Появление идеи прав человека в России во второй половине XVIII в. произошло под влиянием западноевропейской теории и практики. Тому были причины внутренние и внешние.

К внутренним важно отнести следующие. В процессе преобразований Петра I тенденция регламентации и централизации общественной жизни достигла наивысшего предела, тем самым, исчерпав на данной стадии свои возможности. Дальнейшее развитие общества возможно было только по пути децентрализации общественных отношений, что в послепетровский период выразилось в стремлении дворянства обрести независимость от государства. Первые шаги в этом направлении были сделаны уже при первых преемниках Петра I, когда для этого сословия были смягчены условия несения государственной службы, а после Манифеста Петра III (18 февраля 1762 г.) и Жалованной грамоты дворянству Екатерины II (21 апреля 1785 г.) дворяне начали приобретать статус свободных людей, освободившись от личных податей, рекрутских повинностей, телесных наказаний, получив право свободы торговли и производства, право полной собственности на недвижимое имущество. Были образованы дворянские собрания и губернские учреждения, что впервые после Земских соборов предоставило российским подданным возможность, хотя и ограниченную, участвовать в решении общественных вопросов.

К внешним причинам следует отнести то, что геополитическая конкуренция заставляла Россию встать на путь модернизации. Вместе с техническими, организационными и институциональными заимствованиями происходил импорт идей. Инновации приспосабливались к местным условиям, а порой вообще не воспринимались, либо не найдя надлежащего применения, откладывались до «лучших времен». Так, попытка введения Петром I института отделения судебной власти от административной начала осуществляться лишь через 150 лет после его смерти.

В период правления Екатерины II (1762-1796 гг.) начинают проявляться элементы негативной концепции прав личности. Так, например, в «Проекте Законов о Правах Жителей или Людей Среднего Рода» она высказала мнение, что у людей должна существовать независимая от государства область деятельности: «Если бы на все просить дозволения, то не было бы права». Правда, относились эти идеи лишь к привилегированному сословию – к дворянству и к городской верхушке. Одним из первых защитников таких идей в России был А.Н. Радищев (1749-1802 гг.). Эти идеи он использовал для развития представлений о свободе и равенстве всех людей в естественном состоянии, о договорном происхождении государства, о неотчуждаемых правах человека на свою жизнь, собственность, равный суд, свободу мысли и слова, о суверенитете народа и его праве свергнуть несправедливый строй. Наиболее важным актом, осуществившем правовую консолидацию дворянства, стала Жалованная грамота дворянству (1785 г.), которая признавала право дворян распоряжаться своей судьбой, выбирать род занятий. Важным достижением было запрещение применять к дворянам телесные наказания.

Традицию освободительных реформ сверху продолжил Александр II (1855-1881 гг.). После реформы 1861 г. крестьяне получили личную свободу, а дворяне окончательно освободились от обязанностей государственных агентов с фискальными и административными функциями. Освобождение крестьян, а следовательно, появление свободного товаропроизводителя, укрепление новых экономических отношений требовали создания новой судебной системы для их защиты.

В результате судебной реформы 1864 г. была установлена всеобщая правоспособность с некоторыми изъятиями; суд отделялся от администрации; личность обретала ряд процессуальных гарантий; укреплялся институт правопритязания. М. Гернет считал верным взгляд на ст. 1 Устава Уголовного Судопроизводства, «как на выражение до некоторой степени HABEAS CORPUS русского гражданина».

В сфере уголовного права существовало неравенство субъектов преступления перед законом и судом. В Уложении о наказаниях уголовных и исправительных 1845 г. существовали две системы наказания. Одна – для привилегированных сословий и состояний, и другая – для непривилегированных. Привилегированные сословия – дворяне, духовенство, почетные граждане, купцы I и II гильдии – не подвергались телесным наказаниям (битью розгами, плетью, кнутом, шпицрутенами). Непривилегированные – крестьяне и рабочие – подвергались.

По мнению Н.М. Коркунова, именно реформы 60-70-х гг. XIX в. в области местного самоуправления, суда, армии «привели к понятию о правах, принадлежащих всякому российскому подданному, как таковому».

Специфика развития идеи прав человека и гражданина в России в XIX-начале XX вв. определялась особенностями освободительного процесса, основная задача которого состояла в упразднении крепостного права. Против крепостничества выступали Д.С. Аничков, С.Е. Десницкий, П.С. Батурин, А.Н. Радищев, Я.П. Козельский, декабристы, ряд государственных деятелей, в том числе Е.Ф. Канкрин, П.Д. Киселев, Н.С. Мордвинов, Г. Розенкампф, М.М. Сперанский и др. Один из многочисленных проектов освобождения крестьян был составлен даже А.А. Аракчеевым. Но и после отмены крепостного права, вплоть до 1917 г., отстаивание прав личности было сопряжено с идеологическим и практическим преодолением пережитков феодализма. Теория прав человека столкнулась с широко распространенным мнением о том, что собственность крестьян должна носить особый статус и существовать в ином правовом режиме, будучи неполной условной собственностью. На практике это выразилось в культивировании подворного и общинного землевладения, при котором никто не имел индивидуального права на земельный фонд. Это было лишь общественно-правовым требованием к государству на обеспечение землей.

В этот период, важное место в науке занимало учение о правах человека Б.Н. Чичерина (1829-1904 гг.). Из метафизической направленности рассуждений о стремлении человека к свободе он выводил право человека делать все возможное для продолжения своего существования. Он писал: «Свободная воля составляет, таким образом, основное определение человека как разумного существа. Именно вследствие этого он признается лицом и ему присваиваются права. Личность, как сказано, есть корень и определяющее начало всех общественных отношений …». По его мнению, права политические призваны обеспечивать частные права, которые являют собой истинную область свободы. Свобода по своей природе индивидуалистична. Право собственности и свобода труда составляют фундамент всякой свободы.

Во второй половине XIX в. после создания земских учреждений и городских дум (реформы управления) общество было привлечено к решению некоторых хозяйственных вопросов местного значения. В правление Александра III (1881-1896 гг.) закрепились новые общественные отношения. При укоренявшемся гражданском строе появилась некоторая свобода обсуждения, хотя еще не обеспеченная публичным правом.

С конца XIX в. ряд земских деятелей, адвокатов, литераторов стали чаще поднимать вопрос о правах личности, составляли проекты основных законов, включающие в себя положения и целые главы о правах граждан. По мнению Б.С. Эбзеева, «общественное сознание было готово воспринять самые высокие по тем временам стандарты прав и свобод человека и гражданина, а в некоторых отношениях даже опережало их».

Значительную роль в обосновании прав человека наряду с политико-правовой мыслью Запада сыграли русские правоведы – приверженцы либераль-ных ориентаций в правопонимании. Именно русские правоведы Б.Н. Чичерин, П.И. Новгородцев, Б.А. Кистяковский, Л.И. Петражицкий, И.А. Ильин, придали естественно-правовой концепции фундаментальную основу построения правовой системы, соответствующей потребностям современного гражданского общества. Они пропагандировали либеральное правопонимание, нацеленное на утверждение в социальной действительности неотъемлемых прирожденных прав человека.

В ходе революции 1905-1907 гг. проблема прав человека приобрела практическое значение. Права подданных провозгласил Манифест 17 октября 1905 г., который определил новые общие правила поведения для граждан империи. Эти права подтверждались рядом текущих законодательных актов. Хотя продолжало действовать «Положение о мерах к охранению государственной безопасности и общественного спокойствия» (1881 г.), на основании которого полиция могла ограничить любые личные и гражданские права в административном порядке.

Вопросы, связанные с правами личности, часто затрагивались в ходе работы Государственной Думы, в которой обсуждался проект закона о неприкосновенности личности. Государственная Дума третьего созыва (1907-1912 гг.) приняла законы, затрагивающие социальные права, а именно, об отдыхе торговых служащих и страховании рабочих.

С началом работы Государственной Думы начался новый этап взаимодействия государства и общества, в том числе и по вопросу о правах и свободах человека и гражданина. Показательно, что в 1918 г. среди депутатов Учредительного собрания, несмотря на запрет кадетской партии, около 75% выступали за парламентскую демократию и права человека.

Реальные успехи в утверждении прав и свобод граждан России были достигнуты в результате победы в 1917 г. Февральской революции. Образованное в ходе революции Временное правительство стремилось законодательно оформить права и свободы граждан России. В результате чего была принята Декларация Временного правительства от 2 марта 1917 г., которая провозгласила ряд положений, касающихся прав и свобод человека и гражданина (свобода слова, печати, союзов, собраний и стачек, выборы в органы местного самоуправления на основе всеобщего, прямого, равного и тайного голосования и т. д.).

Можно сказать, что в России была предпринята попытка создания демократического правового государства с фундаментальными правами и свободами личности.

В целом, как представляется, характерной чертой российской общественной мысли второй половины XIX – начала XX вв. можно считать внедрение идеи прав человека «сверху», что с объективной стороны объясняется ролью государства в проведении модернизации, отсутствием развитого гражданского общества, а с субъективной – прозападными интеллектуальными устремлениями представителей различных слоев общественной и государственной жизни. «Более того, как пишет А.Н. Харитонов, России и сегодня навязываются идеологические парадигмы и проекты, зачастую не учитывающие ее уникального исторического опыта …».

Несмотря на то, что большинство русского общества в 1905 г. утверждало, что Манифест 17 октября 1905 г. есть конституция, а, по мнению некоторых авторов, первую Конституцию России представляли Основные Государственные Законы, принятые 23 апреля 1906 г., в текст которых был включен широкий перечень прав подданных, и их гарантий (неприкосновенность личности, собственности, жилища, свобода передвижения, выбора места жительства, свобода печати, слова, собраний, союзов, свобода веры и т. д. (гл. 8 «О правах и обязанностях российских подданных»)), конституционный путь России, как видится, следует исчислять с 1918 г. (дата принятия Конституции РСФСР 1918 г.).

В истории России насчитывается пять конституций: 1918, 1925, 1937, 1978 гг. и ныне действующая Конституция РФ 1993 г., с которыми, представляется правильным, связывать, соответственно, пять этапов конституционного развития прав и свобод человека и гражданина и организационно-правового механизма их обеспечения в России.

Конституции РСФСР были по своему типу советскими социалистическими конституциями. Они принимались вскоре после принятия конституций СССР (1924, 1936, 1977 гг.) и практически полностью воспроизводили их положения. Несмотря на существенные особенности, свойственные каждой из них, они развивались в соответствии с принципом преемственности – сохранения социалистических ценностей, утверждения советской власти, носили классовый характер, выступая как воплощение диктатуры рабочего класса и его руководящей роли.

Все конституции советского типа были в определенной мере фиктивны. Они провозглашали принципы, которые фактически не осуществлялись в жизни. Это относилось к таким принципам, как принадлежность власти трудящимся, полновластие Советов, федеративное устройство России, использование гражданами закрепленных в конституциях политических прав и свобод.

Вместе с тем, как справедливо отмечает Р.С. Мулукаев, «с самого начала отличительной чертой конституционного регулирования прав человека и гражданина в Советском государстве являлась их гарантированность. Она выражалась в системе гарантий, закрепленных в Конституции, – материальных, политических, юридических, при этом материальные являлись основными. Это было сделано уже в первой советской Конституции – Конституции РСФСР 1918 г. (ст. 14)».

Практика строительства Российского социалистического государства показывает, что некоторые права и свободы трудящихся, которые советская власть провозгласила сразу же после Октябрьской революции, закреплялись и реализовывались в процессе развития Советского государства, хотя многим из них были присущи черты фрагментарности (например, законодательное регулирование политических прав и свобод советских граждан). Так, Конституция (Основной закон) РСФСР, принятая 10 июля 1918 г. на V Всероссийском съезде Советов, все провозглашаемые в ней права и свободы закрепляла только за трудящимися, т. е. за рабочими и крестьянами. В отношении остальных слоев общества, причисляемых к эксплуататорским классам, декларировалось беспощадное подавление. Отдельные лица и отдельные группы лиц лишались прав, которые ими использовались в ущерб интересам социалистической революции. Мужчины и женщины были уравнены в правах. Это было достижением пролетарской культуры. Впервые за историю России был закреплен конституционный принцип равенства двух полов, и это, несомненно, был шаг в освобождении, эмансипации женщины.

Закрепление прав человека в конституционных актах Советской власти было тем более важно, что в России эти идеи не имели прочных буржуазно-демократических традиций, не укоренились в политическом и правовом сознании господствовавших ранее классов.

В этих условиях единственным носителем идеи прав и свобод человека были трудящиеся массы, а сознательно выражали и формулировали их только большевики. Это, конечно, не означает умаления или преуменьшения ценности и социального значения идей представителей естественно-правовой школы, но бесспорно то, что личность в России, по сравнению с властью, ничего собой не представляла. Как писал видный русский государствовед Н.М. Коркунов, «в наших основных законах о правах гражданской свободы вообще ничего не говорится». Он прямо подчеркивал «бесправие личности перед административным произво-лом и полное отсутствие свободы общественной деятельности».

Во многих учебниках по государственному праву России проблема прав человека вообще не рассматривалась. Анализ же прав гражданина сопровождался многочисленными оговорками, что свидетельствовало о чисто декларативном характере этих положений.

Социалистическая доктрина прав человека носила коллективистский характер и исходила из необходимости их всеобщего осуществления, т. е. всеми. Права и свободы человека обеспечены постольку, поскольку гарантированы соответствующие экономические, социальные, политические, правовые и иные условия их реализации всеми членами общества. Именно на этом фундаменте могут базироваться права человека социалистического общества. Таким образом, в условиях социализма, особенно на начальных стадиях его развития, на первом плане стоит не защита прав и свобод отдельного человека в случае их нарушения, а охрана, повседневная практика их беспрепятственного осуществления и создание для этого необходимых предпосылок и условий, в том числе юридических.

В первые же дни своего существования советское государство провозгласило в рамках основного закона принцип массового осуществления прав человека «трудящимся и эксплуатируемым народом». Только на этой основе можно было вести речь о правах отдельного человека, гражданина, личности. Основные положения Декларации прав трудящегося и эксплуатируемого народа вошли в первую Советскую Конституцию и были восприняты конституционным законодательством других советских республик.

В тот же период времени особенно сильно проявилась важнейшая особенность социалистической концепции и практики прав человека – закрепление только таких прав, которые могли быть реально предоставлены и обеспечены.

Так, О.Н. Чистяков совершенно правильно утверждает, что «предоставляя гражданину то или иное конституционное право, государство связывает себя соответствующей обязанностью обеспечить реализацию этого права. Такую обязанность, как обеспечение граждан получением полного и всестороннего образования уже в 1918 г., Советское государство взять на себя не могло. Именно поэтому Конституция и не провозглашала права на образование».

Кроме этого, отсутствовало в Конституции РСФСР и право граждан на отдых, которое государство не могло обеспечить реальными материальными гарантиями.

В Конституции (Основном законе) РСФСР, принятой XII Всероссийским съездом Советов 11 мая 1925 г., специального раздела, главы о правах и свободах человека и гражданина также не было. Вместе с тем, в ней вся полнота власти провозглашалась за советами рабочих, крестьянских, казачьих и красноармейских депутатов. Кроме этого, за трудящимися закреплялась свобода совести, а свобода религиозной и антирелигиозной пропаганды признавалась за всеми гражданами. Гарантировалось право свободно устраивать собрания, митинги, шествия и т. п.; право убежища всем иностранцам, подвергающимся преследованиям за политическую деятельность или за религиозные убеждения. Предоставлялись все политические права иностранцам, проживающим на территории РСФСР для трудовых занятий и принадлежащим к рабочему классу, в т. ч. к не пользующемуся чужим трудом крестьянству, на основе постановлений верховных органов СССР. В целях обеспечения за трудящимися действительного доступа к знанию, РСФСР ставило своей задачей предоставить им полное, всестороннее и бесплатное образование.

5 декабря 1936 г. была принята, так называемая сталинская конституция, – Конституция (Основной закон) СССР, считающаяся самой демократичной по сравнению со своими предшественницами. Вслед за ней, 21 января 1937 г., Чрезвычайным XVII Всероссийским съездом Советов РСФСР была принята новая Конституция (Основной закон) РСФСР, полностью основывавшаяся на союзной. В этих конституциях уже не предусматривалось лишение прав каких-либо слоев общества по социально-классовым признакам. Вместе с тем, использование прав и свобод в политической области допускалось только в соответствии с интересами трудящихся и в целях укрепления социалистического строя, а затем, «в соответствии с целями коммунистического строительства».

Впервые в конституционной практике Советского государства в Основном Законе была выделена специальная глава XI «Основные права и обязанности граждан», в которой закреплялась система личных, политических и социально-экономических прав и свобод, а также обязанностей советских граждан. В главе 55 содержалось 16 статей, которые, однако, не ограничивали всего круга прав, свобод и обязанностей. В частности, сюда не вошли право на охрану личной собственности и ее наследования, обязанность трудиться.

Определенный шаг в развитии прав и свобод человека и гражданина сделали Конституция СССР от 7 октября 1977 г. и, соответственно, Конституция (Основной закон) РСФСР, принятая на внеочередной седьмой сессии Верховного Совета РСФСР девятого созыва 12 апреля 1978 г.

Конституция СССР 1977 г. не только расширила круг основных прав, свобод и обязанностей советских граждан, но и существенно обогатила нормативное и материальное содержание прав и свобод. Уже широко было признано, что субъективные права граждан предоставляют личности возможность пользоваться определенными социальными благами – материальными и нематериальными, служат распределению в индивидуальное пользование созданных в социалистическом обществе социальных благ.

Наконец, Конституция СССР 1977 г. усилила всю систему гарантий прав и свобод граждан, а также их обязанностей. Гарантии прав и свобод – выражение социальной и юридической ответственности государства перед гражданами. Они отражают тот несомненный социологический факт.

Конституция прямо подчеркивала приоритет общественных интересов, следование которым есть высшее проявление гражданственности. В этой связи правовое обеспечение добросовестного выполнения гражданами своих обязанностей выдвигалось в качестве исключительно важной задачи практики конституционно-правового регулирования.

Также необходимо отметить, что с принятием Конституции СССР 1977 г., понятие прав человека вошло в советское государственное право. В ст. 29 Конституции, которая закрепляла систему принципов внешней политики СССР, было отмечено, что «отношения СССР с другими государствами строятся на основе … уважения прав человека и основных свобод». Помимо этого, Конституция содержала раздел II «Государство и личность». Это говорит о том, что «права человека» – неотъемлемое свойство социалистической демократии, социалистического образа жизни. В связи с этим, вряд ли можно согласиться с мнением В.М. Корельского, который считает, что разграничивать права человека и права гражданина в социалистическом обществе не имело смысла.

После принятия Съездом народных депутатов СССР 5 сентября 1991 г. Декларации прав и свобод человека, а затем и принятия Верховным Советом РСФСР 22 ноября 1991 г. Декларации прав и свобод человека и гражданина раздел «Государство и личность» был существенно изменен (дан в новой редакции). В нем были выделены две главы: «Права и свободы человека и гражданина» (гл. 5) и «Обязанности граждан Российской Федерации» (гл. 6).

Период 60-80-х гг. XX в., вплоть до прихода к руководству страной М.С. Горбачева, отличался острой идеологической борьбой в области прав человека. СССР присоединился к различным международным актам, защищающим права и свободы человека и гражданина. Вместе с тем, по-прежнему, имели место ограничения и подавления личной свободы, что находило отражение и в средствах массовой информации.

Сегодня, достаточно часто, приходится слышать упреки в сторону советского законодательства и, в целом, советской системы в пафосности, наивности. Вместе с тем, нельзя не признать, что советское общество достигло впечатляющих успехов в различных отраслях народного хозяйства, в том числе на поприще юридической науки. «Очень бы хотелось поколебать скептицизм молодых, – отмечает В.В. Лазарев, – сомневающихся в достижениях советской юридической науки. Удивительное дело – в литературе, в кино, в других областях творческой деятельности именно в годы советской власти достигались общепризнанные мировые результаты. В постперестроечное время свободы, по признанию многих специалистов, их нет. Юриспруденция здесь не исключение, и можно было бы перечислять имена советских юристов, обогативших сокровищницу правовых знаний».

С распадом СССР Россия вступила в новую фазу своего исторического развития, а переживаемый страной общий глубокий кризис породил массу до сих пор не разрешенных проблем, связанных с реальным осуществлением прав и свобод, о чем свидетельствует колоссальный рост преступности, прогрессирующие нарушения норм уголовного, административного, гражданского, жилищного, трудового, экологического, земельного и т. д. законодательства.

В Конституции РФ от 12 декабря 1993 г. нормы рассматриваемого института содержатся в гл. 2 «Права и свободы человека и гражданина» (стст. 17-64). Их огромное влияние на общественное развитие, на признание свободы личности и ее достоинства показывает, почему важно знать истоки тех ценностей, для утверждения которых было принесено столько жертв. Сохраняя в качестве исходных начал принципы, провозглашенные в Декларации прав и свобод человека и гражданина, Конституция РФ, вместе с тем, по сравнению с прежней, содержит некоторые новые подходы к правовому оформлению института, юридически более точно раскрывает содержание многих основных прав и свобод. Прежде всего, следует подчеркнуть, что определяющая для данного института норма-принцип о человеке, его правах и свободах как высшей ценности отнесена к основам конституционного строя и включена в главу 1 Конституции Российской Федерации. Однако Конституция РФ достаточно органично включила в российскую правовую систему международно-правовые стандарты.

Впервые согласно ч. 4 ст. 15 Конституции РФ «общепризнанные принципы и нормы международного права и международные договоры Российской Федерации являются составной частью ее правовой системы». Более того, согласно данной норме, «если международным договором Российской Федерации установлены иные правила, чем предусмотренные законом, то применяются правила международного договора».

Главное условие действенности Конституции РФ – соответствие ее норм объективным законам развития регулируемых отношений. По мнению Ж.П. Жакке, Конституция «есть закон, который принимает народ, для того чтобы определить условия передачи и осуществления власти и отношения между управляющими и управляемыми». Трудно не согласится с мнением В.О. Лучина, который считает, что «Конституция России, закрепившая волю ее создателей, а не большинства народа, несет в себе внутренние противоречия. Она не обеспечивает единства интересов и целей основных участников конституционного процесса, а многие конституционные ценности остаются недоступными для значительной части граждан России». Реальность Конституции РФ означает соответствие конституционных предписаний (юридической конституции) складывающимся в действительности общественным отношениям (конституции фактической).

Другими словами, конституция должна отражать достигнутую ступень развития общественных отношений в политической, экономической, социальной сферах; в противном случае она будет фиктивной. О реальности конституции свидетельствует исполнимость и гарантированность ее предписаний. Например, возможность граждан, руководствуясь Конституцией РФ, ссылаясь на нее, обращаться за судебной защитой своих прав и свобод является одним из показателей реальности существования организационно-правового механизма обеспечения конституционных прав и свобод человека и гражданина в России. Вместе с тем, этот механизм еще очень далек от совершенства. Подтверждение этому, многочисленные нарушения прав и свобод человека и гражданина в различных сферах жизнедеятельности общества и государства.

Изменить ситуацию в современном глобальном мире, как представляется, может только инновационный путь развития. Понимание этого императива предопределяет направления и содержание политики Российского государства в различных сферах жизнедеятельности общества, в том числе в сфере обеспечения конституционных прав и свобод человека и гражданина.

Перспективная цель модернизации состоит в повышении жизненного уровня человека, совершенствовании среды его бытия, обеспечении его безопасности, что непосредственно согласуется с незыблемым конституционным принципом – человек, его права и свободы есть высшая ценность (ст. 2 Конституции РФ). При таком подходе человеческий фактор в инновационной политике выдвигается на первый план, а сама политика приобретает гуманитарный акцент, проявляющийся в нескольких направлениях. Во-первых, человек – потребитель достижений модернизации. Во-вторых, он активный субъект инновационной политики. В-третьих, права и свободы человека и гражданина выступают важным средством проведения такой политики.

Итак, в результате исследования исторических аспектов прав и свобод человека и гражданина возникает один вопрос. Какое же государство считать родиной прав и свобод человека и гражданина? Думается, что вряд ли можно то или иное государство объявить родиной прав человека. Эта идея непременно возникала и оказывалась на поприще общественной мысли всякий раз, как только соответствующее общество достигало определенной ступени своего развития. Как справедливо утверждает Л.Д. Воеводин, «родиной возникновения идеи прав личности и их проведения выступают не отдельные страны, а все те страны, где уже в XVII-XVIII вв. в недрах феодального общества вызревал капитализм, требующий для своего развития свободы собственности, свободы предпринимательства, личной свободы производителей».

Таким образом, история прав человека свидетельствует о том, что сформировавшиеся в русле естественно-правовых идей представления о прирожденных и неотчуждаемых правах человека лежат в основе современных подходов и концепций о правах человека и гражданина, их правовом статусе и организационно-правовом механизме их обеспечения, о господстве права и верховенстве закона, о гражданском обществе и правовом государстве.

Этот естественно-правовой подход (в современной модификации) нашел свое признание в Конституции Российской Федерации 1993 г., согласно которой именно человек, его права и свободы являются высшей ценностью, и иных нормативных правовых актах.

Конечно, от конституционного установления прав человека до их реальной реализации – большое расстояние, но исторический опыт свидетельствует, что без их конституционного провозглашения, обеспечивающего движение к равенству и свободе, ликвидации всех различий, до правовой действительности – еще дальше.

Именно богатый опыт прошлого позволяет лучше понять как логику формирования и развития идей прав и свобод человека и гражданина, так и наши собственные проблемы на пути к практическому воплощению этих общечеловеческих ценностей в современных условиях.

Запрос на диссертацию присылайте на адрес kulseg@mail.ru

Биология
Ветеринария
Геология
Искусствоведение
История
Культурология
Медицина
Педагогика
Политика
Психология
Сельхоз
Социология
Техника
Физ-мат
Филология
Философия
Химия
Экономика
Юриспруденция

Подписаться на новости библиотеки
Рассылка 'Новости библиотеки диссертаций'


Пишите нам

 

 

 

 

X