Библиотека ДИССЕРТАЦИЙ
Главная страница Каталог

Новые диссертации Авторефераты
Книги
Статьи
О сайте
Авторские права
О защите
Для авторов
Бюллетень ВАК
Аспирантам
Новости
Поиск
Конференции
Полезные ссылки
СУПЕРОБУЧЕНИЕ
Комната отдыха

Введите слово для поиска

Кичигин Григорий Евгеньевич
Доминирующая партия в электоральном процессе региона (на примере Саратовской области)


МИНИСТЕРСТВО ОБРАЗОВАНИЯ И НАУКИ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
Саратовская государственная юридическая академия


Специальность 23.00.05 – Политическая регионалистика. Этнополитика


Диссертация
на соискание ученой степени кандидата политических наук


Научный руководитель: д-р филос. наук, профессор Купин Виктор Николаевич


Саратов - 2014

Содержание диссертации
Доминирующая партия в электоральном процессе региона (на примере Саратовской области)

Введение

Глава 1. Теоретико-методологические проблемы партийного доминирования в системе электоральных отношений региона
§1. Системообразующие признаки территориального отделения доминирующей партии
§2. Методология оценки иерархической и сетевой функциональности доминирующей партии в электоральном процессе

Глава 2. Электоральная деятельность территориального отделения доминирующей партии в конкурентной политической среде региона
§1. Нормативно-правовые основы достижения и сохранения доминирования партии «Единая Россия» в регионах РФ
§2. Содержание и особенности деятельности регионального отделения доминирующей партии в процессе выборов основных институтов государственной власти
§3. Роль территориального отделения доминирующей партии в формировании органов местного самоуправления

Заключение
Список использованных источников и литературы

Глава 1. Теоретико-методологические проблемы партийного доминирования в системе электоральных отношений региона

§1. Системообразующие признаки территориального отделения доминирующей партии

Территориальное отделение доминирующей партии – сложносоставной общественно-политический феномен. Его свойства во многом определены свойствами политической партии, доминирующей партии и территориального отделения политической партии. В связи с указанной особенностью целесообразно рассматривать функциональность территориального отделения доминирующей партии, разобрав свойства составляющих его элементов.

Как социальное явление, политическая партия представляет собой сложный феномен. О комплексности понятия «политическая партия» свидетельствует наличие множественности подходов к ее изучению, потому в современной науке нет общепризнанного определения понятия «политическая партия». Только в отечественных научных работах насчитывается более двухсот ее определений.

Этимологически слово партия имеет латинское происхождение и означает «часть», «сторона» чего-либо. Политологическое содержание понятия «партия» варьировалось от эпохи к эпохе. Как утверждал французский исследователь М. Дюверже: «Партиями одинаково называют как большие народные организации, которые выражают общественное мнение в современных демократиях, так и враждующие группировки античных республик или кланы, которые складывались вокруг какого-нибудь кондотьера в Италии эпохи Ренессанса; клубы, объединявшие депутатов революционных ассамблей, и комитеты, подготавливавшие цензовые выборы в конституционных монархиях». Потому допустимо говорить о партиях как в широком смысле слова, так и в узком.

Общественные образования, ставшие появляться в XIX веке и существующие по сегодняшний день, принято называть партиями в узком смысле слова – политическими партиями. Их возникновение тесным образом связано с идеей представительства, то есть с идеей делегирования определенных полномочий группой лиц определенному человеку или организации для обеспечения своих интересов в структурах власти. «Итак, возникновение партий связано с возникновением парламентских объединений и избирательных комитетов».

Следует отметить, что институт представительства не является достаточной причиной возникновения политических партий, так как он позволяет вполне успешно действовать одиночным политическим акторам – независимым кандидатам на выборную государственную или муниципальную должность.

Согласно мнению американского политолога Дж. Олдрича «политики обращаются к политическим партиям, то есть используют их власть, ресурсы и институциональные формы, когда они верят, что это улучшает перспективы достижения желательных результатов, и они избегают партий, если такой уверенности нет». Приведенная причина возникновения политических партий объясняет лишь необходимость создания политической организации в качестве средства политической борьбы, но не объясняет необходимость создания политической организации, действующей от собственного имени.

Американский исследователь политических партий Л. Эпштайн, обратил на это внимание и добавил к характерным чертам политической партии обязательное наличие ярлыка – названия, – которое идентифицирует в глазах избирателя политическую партию. Потому еще одной необходимой причиной возникновения политических партий стала потребность в использовании партийного имени.

Таким образом, устанавливая понятие «политическая партия», можно взять за основу достаточно широкое определение К. Джанды «партия представляет собой общественную организацию, которая ставит целью продвижение своих официальных представителей на посты в структурах государственной власти», добавив, что при этом, политическая партия действует от собственного имени.

Доминирующая партия – один из видов политической партии, фактически осуществляющий законодательную функцию парламента на протяжении длительного периода, охватывающего не менее двух электоральных циклов подряд формируемого партией избираемого органа власти.

«Определение осуществления законодательных функций парламента» или, иными словами, «сила доминирующей партии» - одна из существенных характеристик доминирующий партии.

Сила доминирующей партии – свойство, определяющее уровень ее влияния на проводимую в государстве политику. Согласно М. Дюверже: «Доминирующая партия – это партия, которая отождествляется с какой-то определенной эпохой; ее доктрина, ее идеи, ее методы, в известном смысле сам ее стиль совпадают с соответствующими характеристиками эпохи».

Измерение политической силы доминирующей партии выражается в расчете уровня ее электоральной поддержки, парламентского и правительственного влияния.

Электоральная поддержка представляет собой количество полученных партией голосов на соответствующих выборах. При этом следует учитывать, что абсолютное большинство голосов избирателей, имеющих активное избирательное право в соответствующем избирательном округе, является показателем значительной силы доминирующей партии, однако такой успех является труднодостижимым. Результат, предполагающий абсолютное большинство голосов пришедших на выборы избирателей, является оптимальным результатом, но не единственным, обеспечивающим партийное превосходство. С учетом избирательной системы, системы перевода полученных голосов избирателей в количество депутатских мандатов, а также количества участвующих в выборах партий простое электоральное большинство может быть преобразовано в абсолютное большинство депутатских мандатов. В таком случае как дополнительный или как альтернативный показатель силы политической партии приобретает парламентское влияние партии.

Парламентское влияние доминирующей партии означает возможность партии формировать большинство голосов депутатов в парламенте при голосовании по некоторому вопросу. Самым оптимальным выражением парламентского влияния доминирующей партии является обладание абсолютным большинством депутатских мандатов в представительном органе. В случае обладания лишь простым большинством депутатских мандатов в представительном органе для идентификации политической партии как доминирующей и определения ее парламентской силы необходимы дополнительные показатели, в частности способность партии образовывать коалиции в парламенте.

Указанную характеристику отмечал американский политолог Дж. Сартори, классифицируя политические партии партийной системы с одной устойчиво доминирующей партией, существующие в рамках конкурентной демократической системы, выделял два вида доминирующих партий: доминантные партии и предоминантные партии.

Предоминантную партию характеризует устойчивое удержание абсолютного большинства мандатов в национальной легислатуре. Несмотря на устойчивое превосходство одной партии, которая реально не подвергается опасности утраты власти, данная партия решает задачи удержания власти и управления страной в условиях конкуренции с оппозиционными партиями. Другими словами не абсолютное большинство в национальном парламенте является предметом конкуренции предоминантной партии, а удельный вес такого превосходства. Ярким примером партийной системы с предоминантной партией является мексиканская институционально- революционная партия, которая на протяжении 70 лет удерживала абсолютное большинство в национальном парламенте Мексики.

Отличительной чертой доминантной партии является стабильное удержание относительного большинства мандатов в законодательном органе государственной власти, которое иногда может переходить в абсолютное большинство мандатов. Наличие одной партии, которое значительное время имеет превосходство в парламенте над другими партиями, играя ключевою роль в правительственной коалиции, весьма распространенное явление демократической политики. Одним из классических примеров такой партийной системы с доминантной партией является японская партийная система, в которой практически на всем протяжении второй половины XX века Либерально демократическая партия Японии постоянно обладала большинством депутатских мандатов национального парламента и формировала правительства.

В качестве исключения из общего правила политическая партия может иметь доминирующий статус и при отсутствии большинства как абсолютного, так и относительного. В случае неустойчивого большинства, когда примерно равные по силе, но кардинально противоположные по политическим убеждениям политические партии, регулярно присутствующие в парламенте, не могут достичь абсолютного большинства, меньшая по силе третья присутствующая в парламенте политическая партия может иметь существенное влияния, создавая эффект обладания «золотой акции». Характерным примером подобной ситуации является немецкий федеральный парламент в котором Свободно-демократическая партия иногда выполняет роль третьей силы в противостоянии равновеликих Христианско- демократического союза и Социально-демократической партии Германии.

Таким образом, иногда большое значение для доминантной партии приобретает способность образовывать кратковременные коалиции с другими парламентскими партиями по определенному вопросу либо долгосрочные фракционные парламентские объединения по определенному политическому курсу. Контрастными примерами партийной способности и неспособности образования парламентских коалиций являлись партийная система Италии 1946-1992 годов и Японии 1955-1993 годов, в которых доминантные партии христианских демократов и либеральных демократов соответственно добивались абсолютного парламентского большинство не только за счет своего высокого коалиционного потенциала, но и за счет крайне низкого коалиционного потенциала коммунистической партии Италии и Японии соответственно.

Высокий коалиционный потенциал доминантных партий обеспечивает их идеологическая эклектичность и центристская позиция. Неидеологизированность партии может выражаться структурно в виде многосоставности партии. Так, Либерально-демократическая партия Японии имеет в своем составе фракционные образования, придерживающиеся разных, но близких идеологических направленностей, а индонезийская предоминантная партия Голкар была образована как федерация общественных организаций, которые также сохраняют свои относительно своеобразные идеологические ориентации.

Иная форма сохранения деидеологизированности доминирующей партии выражается в занятии ей центристских позиций, позволяющей партии успешно использовать левоцентристские и правоцентристские настроения населения в зависимости от политической конъюнктуры. Так, мексиканская Институционально-революционная партия, являвшаяся 70 лет предоминантной, создавалась изначально как левоцентристская партия. Однако за время своего пребывания у власти она постепенно перешла на правоцентристские позиции.

Третьим показателем силы доминирующей партии является правительственная сила партии. Следует заметить, что данный показатель выступает ключевым элементом в отделении доминирующих партий политических систем с парламентским способом формирования правительства от доминирующих партий политических систем с непарламентским способом формирования правительства. Суть показателя заключается в способе формирования правительства и количестве партийных министров. В случае политической системы с парламентским способом формирования правительства последнее формируется либо одной предоминантной партией, что является оптимальным показателем силы партии в подобных политических системах, либо доминантной партией в коалиции с другой парламентской партией, что ослабляет позиции доминирующей партии. В случае политической системы с непарламенстким способом формирования правительства последнее не обязательно должно быть партийным. Однако в случае наличия партийных министров в правительстве при сильной партийной дисциплине, показатель силы доминирующей партии становится выше, нежели в ином случае.

Второй существенной характеристикой доминирующей партии как института является время существования доминирующей партии. Однако в вопросе измерения продолжительности существования доминирующей партии имеются некоторые сложности. Во-первых, отсутствует единый инструмент измерения продолжительности: им может быть либо астрономическое время, либо электоральный цикл. У обоих из вариантов есть свои достоинства и недостатки.

В случае измерения продолжительности существования доминирующей партии при помощи электоральных циклов имеются два дискуссионных вопроса: вопрос единого критерия продолжительности и вопрос сопоставимости электоральных циклов. То есть, если принять за критерий партийного доминирования временной интервал, равный трем электоральным циклам, то в одном государстве, где электоральный цикл равен 4 годам, доминирующей будет признана партия, занимающая в парламенте большинство 12 лет, а в другом государстве, где электоральный цикл равен 5 годам, доминирующей будет признана партия, занимающая в парламенте большинство 15 лет.

В случае измерения продолжительности существования доминирующей партии при помощи астрономического времени проблема сопоставимости сводится на нет, однако возникает вопрос единого критерия продолжительности. В научной литературе по данной теме существуют разные точки зрения. Так, длительность срока, достаточного для квалификации партии как доминирующей, варьируется от 10-12 до 30-50 лет. Исследования американского политолога Б. Геддес свидетельствуют о среднем временном промежутке доминирующих партий в демократических режимах – 15-18 лет, а в авторитарных – 30-40 лет. Данное утверждение, подчеркивающее более длительный характер существования доминирующей партии в политических системах, склонных к авторитаризму, дополнительно разделяет партийную систему с одной устойчиво доминирующей партией на виды.

В данной работе измерение продолжительности существования доминирующей партии будет осуществляться при помощи электоральных циклов. Как указано в определении доминирующая партия удерживает власть «длительный период времени, охватывающий не менее двух электоральных циклов подряд формируемого избираемого органа власти». Указанный промежуток времени является относительным по отношению к электоральному циклу формируемого избираемого органа власти в силу того, что парламентская деятельность определяется соответствующей конкретной политической системой. Потому, учитывая значение влияния политической системы на деятельность политической партии, целесообразней использовать относительный критерий времени, нежели строго определенный. При этом следует уточнить, что использованию подлежит электоральный цикл того избираемого органа власти, в который проводятся выборы, нежели электоральный цикл эталонного избираемого органа власти.

Выбор размера указанного промежутка времени, минимально ограниченного двумя электоральными циклами подряд формируемого избираемого органа власти, базируется на двух положениях: доминирующая партия подлежит идентификации в качестве таковой не с момента свого создания в качестве политической партии, а с момента завершения промежутка времени в течении которого она способна хотя бы раз осуществить свою главную функцию: удержать политическую власть. Потому для единичного исполнения указанной функции доминирующей партией необходимо два следующих непрерывно друг за другом электоральных цикла формируемого избираемого органа власти.

Таким образом, формирование партийной системы с одной устойчиво доминирующей партией является частным случаем расстановки партийно- политических сил, идентифицируемой результатами выборов. В связи с обозначенной обстановкой доминирующая партия фактически приобретает законодательную, а в некоторых случаях и исполнительную функции парламента и правительства. Подобная ситуация наделяет доминирующую партию значительной властью, в связи с чем приобретает актуальность соотношения понятий «доминирующая партия» и «партия власти».

Партия власти представляет собой сложное и малоизученное явление, потому ее общепризнанное определение отсутствует. В российской литературе встречаются, как минимум, три подхода к определению «партии власти»: с одной стороны данным термином определяют российскую политическую элиту в целом, с другой – определенное состояние внепартийности российских президента и правительства, с третьей – организацию партийного или квазипартийного типа, создаваемую элитой для участия в выборах.

С учетом третьего подхода можно прийти к выводу, что партия власти – это политическая партия, призванная обеспечивать интересы правящей элиты, выступая техническим инструментом избирательного процесса. Иными словами термин «партия власти» обозначает природу политической партии, указывает на выгодоприобретателя оказываемых ею партийно- политических услуг.

Таким образом, понятия «доминирующая партия» и «партия власти» имеют разные основания, потому могут дополнять друг друга. Любая доминирующая партия будет одновременно являться партией власти, но не всякая партия власти будет одновременно доминирующей партией. Подчеркивая сочетание обоих понятий, можно указать на приводимую К. Грином практику использования доминирующими партиями своего «должностного» положения в ходе избирательной кампании. К. Грин указывает, что для авторитарных режимов, имеющих партийную систему с одной устойчиво доминирующей партией, характерно использование как материальных ресурсов государства, так и его права на легитимное насилие в виде репрессивных инструментов.

Рассматривая вопрос функциональности политической партии в рамках структурно-функционального подхода, трудно избежать вопроса структуры политической партии, в общем, и территориального отделения политической партии, в частности.

В работе «Политические партии» М. Дюверже, определяя политическую партию, указывает: «Партия - это не просто общность, но совокупность общностей, множество рассеянных по стране малых объединений (секций, комитетов, местных ассоциаций, etc.), связанных координационными институтами», - тем самым относя территориальное отделение политической партии к неотъемлемому структурному элементу политической партии. С данным утверждением не всегда можно согласиться: наличие функции предполагает наличие структуры ее выполняющей, однако, наличие структуры не всегда предполагает наличие функции. «Во многих странах мира для создания политической организации достаточно оформленного желания трех лиц», поэтому говорить о территориальном структурном подразделении не всегда приходится. Потому можно заключить, что территориальное отделение политической партии является важным, но не обязательным элементом политической партии.

Территориальное отделение политической партии – это ее структурный элемент, наделенный полномочиями по обеспечению исполнения политической партией определенного набора функций на ограниченной территории. Следует обратить внимание, что существенное значение в данном определении имеет именно структурная составляющая – территориальная обособленность. Термин «территориальное отделение политической партии» носит собирательный характер, объединяя в себе целый ряд структурно обособленных территориальных подразделений политической партии: региональные отделения, местные отделения, первичные отделения. Для всех видов территориальных отделений свойственны, как минимум, две черты:

Во-первых, региональное отделение политической партии действует не от своего имени, а от имени всей партии, то есть использует общепартийный репутационный ресурс. Успех политической активности регионального отделения политической партии зависит не только от результатов ее деятельности, но и от результатов деятельности всей партии, который может влиять как положительно, так и отрицательно, в зависимости от оценки избирателями деятельности всей политической партии. Так, в 2005 году в ФЗ «Об основных гарантиях избирательных прав и права на участие в референдуме граждан Российской Федерации» была внесена поправка, согласно которой устанавливался единый избирательный день. Одна из вероятных задач введения новой нормы заключалась в том, чтобы «усилить влияние федерального административного медийного ресурса на региональные и местные выборы». Несмотря на то, что данное утверждение свидетельствует о влиятельности федеральных СМИ, опосредованно оно также указывает на значимость общепартийного имиджа для успеха регионального отделения соответствующей партии.

Во-вторых, в организационном плане региональное отделение политической партии находится в зависимости от центральных управляющих структур соответствующей политической партии, потому в своей деятельности обязано им подчиняться.

Различие между приведенными территориальными отделениями политической партии так же можно отразить двумя особенностями: размер территории деятельности и, что более важно, объемом полномочий, прежде всего в отношении иных территориальных отделений политической партии.

Как одной из форм политической партии доминирующей партии так же могут быть свойственны территориальные структурно-организационные подразделения. Данные подразделения предназначены для исполнения функций доминирующей партии на территории, представительства ее интересов, а значит обладают наряду общими для всех территориальных партийных отделений признаками некоторыми особенностями.

В общей сложности доминирующий статус политической партии может двояко сказываться на ее территориальных подразделениях.

С одной стороны территориальное отделение политической партии как полусамостоятельная территориальная партийная единица может сама обладать мажоритарным или доминирующим статусом в территориально- политической системе. В последнем случае можно говорить о территориальной партийной системе с одной устойчиво доминирующей партией, в которой статусом доминирующей партии обладает территориальное отделение доминирующей партии.

С другой стороны территориальное отделение доминирующей партии может не обладать ни мажоритарным, ни доминирующим статусом, формально ничем не отличаясь от территориального отделения любой другой политической партии.

Однако, в любом случае, территориальное отделение доминирующей партии должно иметь также второстепенные признаки доминирования, которые выражаются в ресурсном потенциале территориального отделения.

Территориальное отделение доминирующей партии может отличаться использованием как собственной ресурсной базы: организационной структурой территориального отделения, его количественным и качественным составом, должностной ресурс (если территориальное подразделение само доминирует в территориально-политической системе), - так и использованием общепартийных ресурсов: репутационным, имущественным, организационным.

Таким образом, территориальное отделение доминирующей партии представляет собой сложносоставной общественно-политический феномен, представляющий собой территориальное структурное подразделение политической партии, определяющей законодательные функции представительного органа власти на протяжении не менее двух электоральных циклов подряд такого органа власти. Его природа определена тремя самостоятельными характеристиками: доминирующим положением политической партии, структурным элементом которой оно является; территориальной структурно-организационной обусловленностью; конъюнктурой территориальной партийной системы. Вследствие этого, территориальное отделение доминирующей партии объединяет в себе элементы политической партии в целом, с одной стороны, и территориального структурного подразделения политической партии, с другой. Статус территориального отделения доминирующей партии зависит от собственного фактического положения, потому может иметь как доминирующий, так и не доминирующий характер.

В таком случае отличительная особенность территориального отделения доминирующей партии проявляется, прежде всего, в ресурсном и статусном потенциале последней, чем способно пользоваться в своей политической борьбе территориальное отделение.

Рассмотрев основные составляющие территориального подразделения доминирующей партии, остановимся на методах их исследования и оценки.

§2. Методология оценки иерархической и сетевой функциональности доминирующей партии в электоральном процессе

Понятие функциональности территориального отделения доминирующей партии является сложносоставным по нескольким причинам. Во-первых, само явление доминирующей партии определяется рядом факторов, которые отчасти справедливы и для территориального отделения такой политической партии. Во-вторых, вопрос функциональности политической партии так же имеет дискуссионный характер, потому количество выделяемых в научной литературе партийных функций варьируется в широком диапазоне.

Так российский политолог Б.И. Макаренко указывает на три функции политической партии: борьба за власть, рекрутирование элиты и участие в выработке важнейших решений. Другой российский политолог К.С. Гаджиев предлагает выделять четыре группы партийных функций: превращение множества частных интересов в совокупный общественный интерес; реализация представительства социальных групп в политической системе; институционализация политического участия граждан; выдвижение кандидатов, проведение выборов. Исследователи А.В. Кынев и А.Е. Любарев выделяют уже пять функций, выполняемых политической партией: функция идеологического сплочения, функция организационного сплочения, программная функция, просветительская функция и инновационная функция. Наконец, по мнению З.М. Зотовой можно выделить около десятка функций политической партии.

Широкий перечень партийных функций можно объяснить не столько многофункциональностью самой политической партии, сколько подходом к определению той или иной функции политической партии. Так, российский исследователь О.В. Гаман-Голутвина, рассматривая вопрос о функциональности политических партий, указывает, что некоторые функции, которые выполнялись политической партией в прошлом, в настоящее время в силу разных причин были переняты иными институтами. То есть, в отдельный конкретно-исторический период политическая партия может выполнять функции, не нашедшие места в приведенных классификациях. Так, французский философ Б. Жувенель приводит в своей книге «Власть: Естественная история ее возрастания» пример, из которого следует, что политические партии Америки в XIX в. организовывали в городе Нью-Йорке оказание своим избирателям материальных услуг; а в примере, изложенном в работе американского политолога И. Шайнера, указано, что политические партии Тайланда доходили до того, что обеспечивали своих избирателей некоторым имуществом. То есть, широкий перечень функций политической партии может быть обусловлен, с одной стороны, исторической изменчивостью партийной функциональности, а, с другой стороны, количество выделяемых исследователем функций может зависеть от степени обобщения и конкретизации.

Функциональность искусственных явлений, к которым относится и политическая партия, имеет два вида: целевой и побочный. Так как искусственное явление представляет собой человеческое творение, основанное на заведомо установленной цели, то его функциональность должна иметь заведомый характер. То есть человек, как правило, создает что- либо для извлечения полезного результата. Однако наряду с целевой функциональностью искусственного явления может проявлять себя побочная функциональность, то есть полезное проявление искусственного явления, которое не планировалось и не полагалось при его создании. В работе шотландского экономиста А. Смита «Исследование о природе и причинах богатства народов» приводится наглядный пример проявления целевой и побочной функциональности, суть которого заключается в том, что исполнение профессиональных обязанностей или осуществление иной хозяйственной деятельности демонстрирует, с одной стороны, целевую функциональность, выраженную в частной выгоде актора, тогда как та же самая деятельность, с другой стороны, отображает побочную функциональность в виде публичной выгоды общества.

Таким образом, рассуждая о функциональности политических партий, можно выделять функции, для выполнения которых политическая партия заведомо создается, и функции, которые политическая партия выполняет дополнительно или особо, то есть побочные (вспомогательные и иные) функции. Среди указанных двух групп функций целевая группа вызывает больший интерес, так как именно она предопределяет деятельность политических партий.

Целевой функцией политической партии считается функция завоевания политической власти, то есть установление контроля над государственным аппаратом, путем приобретения и замещения должностей на надлежащим образом организованных выборах. Несмотря на приведенную формулировку, целевая функция политической партии не представляется единой. В ее составе можно выделить как минимум два направления: борьба за голоса избирателей и замещение выборных должностей.

Борьба за голоса избирателей получает свою конкретизацию в проведении избирательной кампании и получении в ее результате доли депутатских мандатов. Реализуя данное направление, политическая партия вступает в иерархические отношения с органами государственной или муниципальной власти, то есть в отношения неравных субъектов по поводу осуществления власти. Таким образом, борьба за голоса избирателей представляет собой иерархическую функциональность политической партии.

Замещение выборных должностей выражается в непосредственном «заполнении» приобретенных политической партией депутатских мандатов выдвинутыми ей кандидатами, для чего формируется кандидатская база политической партии – перечень лиц, выдвигаемых политической партией в качестве кандидатов на выборную должность от соответствующей политической партии. Отношения по поводу формирования кандидатской базы имеют сетевой характер, так как они строятся между равноправными субъектами «на базе ресурсной зависимости в целях достижения согласия по интересующему всех политическому вопросу, используя при этом формальные и неформальные нормы». Следовательно, замещение выборных должностей представляет собой сетевую функциональность политической партии.

Приведенное деление целевой функции политической партии на иерархическую и сетевую имеет как теоретические, так и практические основания. Теоретически политическая партия, по сути, представляет собой посреднический инструмент обмена одних ресурсов (материальных, репутационных, организационных) на другие (властные, имеющие материальное воплощение в голосах избирателей), действуя при этом в двух плоскостях: вертикально-властной и горизонтально-общественной. В результате, действия политической партии можно свести к двум видам: приобретение ресурсов и их обмен, что воплощается в сетевой и иерархической функциональности.

Практически политическая партия выступает в роли представительного института, который, будучи одним из немногих, если не единственным, обладает правом и возможностью участия в электоральном процессе, что образует вокруг него сеть партийных членов, сторонников и иных заинтересованных субъектов политики.

Функциональная составляющая территориального отделения политической партии так же изменчива и неоднозначна. Так, французский политолог М. Дюверже, рассуждая о функциональности различных видов «базовых элементов» (территориальных отделений), указывал на принципиальную разницу выполняемых ими функций. «За исключением выборной кампании, комитет пребывает в состоянии спячки, его собрания эпизодичны и малоплодотворны. И напротив, активность секций, исключительно высокая в период выборов, остается значительной и регулярной и в интервале между ними. Секции социалистов собираются раз в месяц или даже каждые 15 дней. И сами их собрания носят иной, чем у комитетов, характер: речь идет не только об избирательной тактике, но и о политическом воспитании».

Российские политологи Г.Р. Латфуллин и Н.В. Новичков дают развернутый список выполняемых региональным отделением политической партии функций: «Представление интересов политической организации в регионе; реализация решений политической организации в регионе; повышение политического авторитета, известности и популярности политической организации и ее лидеров в регионе; продвижение политических продуктов политической организации в регионе; создание, обеспечение функционирования и развития местных и первичных отделений политической организации; повышение численности политической организации; участие в выборах депутатов представительных органов власти субъекта РФ; участие в выборах глав местных администраций и депутатов представительных органов местного самоуправления; организация региональных и местных референдумов; взаимодействие с региональной и местной политической и экономической элитой; участие в формировании регионального и иного информационного и политического пространств; повышение роли данной политической организации в политической жизни конкретного субъекта РФ».

Широкое разнообразие приписываемых территориальным отделениям функций предопределяется во многом их целевым функциональным предназначением. В отличие от политической партии целевое назначение территориального отделения заключается не в завоевании и удержании политической власти, а в обеспечении завоевания и удержания политической власти политической партией в целом. Целевая функция, содержащаяся в термине «обеспечение завоевания и удержания политической власти политической партией», носит интеграционный характер, и раскрывается в содержании уставных документов политических партий.

Если обратить внимание на перечень указываемых в уставах политических партий полномочий территориальных отделений, то можно обнаружить внушительный перечень полномочий региональных, местных, первичных отделений, значительная часть которых, однако, относится к внутрипартийным вопросам. Оставшуюся часть совокупности представленной в уставах четырех российских парламентских партий информации о полномочиях территориальных отделений политических партий, можно свести к трем основным функциям территориального отделения: обеспечительной, представительной и координационной. Их совокупность направлена на способствование выполнению политической партией своей целевой функции – функции завоевания и удержания власти путем участия в надлежащим образом организованных выборах.

Обеспечительная функция в данном контексте понимается в узком смысле. В ходе проведения избирательной кампании по выборам на должность вышестоящего по отношению к территориальному отделению политической партии уровня власти, последнее обязано обеспечить оптимальный результат поддержки избирателей на соответствующей территории.

Представительная функция территориального отделения политической партии заключается в организации и проведение избирательной кампании соответствующей политической партии с целью завоевания и удержания политической власти посредством участия в надлежащим образом организованных выборах на должность того же уровня власти, что и тот, на котором действует территориальное отделение политической партии.

Координационная функция территориального отделения политической партии выражается в установлении слаженности в деятельности нижестоящих территориальных отделений с целью обеспечения достижения ими оптимального результата на выборах на должность соответствующего им уровня власти.

Следует заметить, что обеспечительная, представительная и координационная функция в большинстве случаев в той или иной степени включают в себя как иерархическую так и сетевую функциональность.

Однако следует заметить, что приведенные целевые функции и их составляющие территориальных отделений политических партий не исключают наличие иных побочных функций, фактически выполняемых, но не декларируемых. Проверка обозначенных особенностей допустима только в рамках национальных условий конкретного государства.

«Политики обращаются к политическим партиям, … когда они верят, что это улучшит перспективы достижения желательных для них результатов, и они избегают партий, если такой уверенности нет». В связи с этим возникает вопрос функциональных преимуществ политической партии как средства политической борьбы по сравнению с отдельно взятым независимым кандидатом на выборную должность. Преимущества политической партии зависит от имеющихся у нее ресурсов.

В общем, ресурсы политической партии можно свести, как минимум, к трем группам: организационному, имущественному и репутационному (имиджевому).

Одним из очевидных партийных ресурсов является организационный ресурс. Политическая партия представляет собой организацию – «объединение людей, совместно реализующих программу или цель и действующих на основе определенных правил и процедур». Сама организация имеет, в свою очередь, свои основания, например, идеологию – идейную заинтересованность активистов – или имущественную заинтересованность активистов. Ценность организационного ресурса выражается в большей мере в качественной и количественной характеристиках человеческого ресурса – характеристиках активистов политической партии. Российский политолог Г.В. Голосов в своей работе «Российская партийная система и региональная политика, 1993-2003» из трех выделенных ресурсов российских политических партий два отнес к группе организационных: во-первых, политическая партия может помочь кандидату получить регистрацию, то есть набрать необходимое количество подписей в его поддержку или внести достаточную сумму избирательного залога, а, во- вторых, политическая партия может обеспечить общее агитационно- пропагандистское сопровождение и общую координацию.

Оценка данного ресурса политической партии может проходить на основании анализа ее качественного и количественного состава. Количественный состав политической партии предполагает число ее активистов. Хотя данный показатель далеко не является оптимальным, так как массовость политической партии давно не представляет собой жизненную необходимость политической партии. Однако в российской правовой действительности, предъявляющей требования к количеству партийных членов, этот показатель может оказаться уместным.

Американский политолог К. Грин обращает внимание на два типа партийно-политических деятелей: карьерноориентированных и идейноориентированных. К первым он причисляет тех политических деятелей, которые участвуют в деятельности политической партии в большей степени по прагматическим соображениям. В частности, они прибегают к помощи той или иной политической партии, так как уверены, что с ее помощью они смогут добиться замещения важного государственного или муниципального должностного поста. Идейноориентированные политики, напротив, не столько стремятся заместить государственный или муниципальный должностной пост, сколько реализовать в политике свои идеалы и ценности. Учитывая данное деление, К. Грин приходит к двум выводам: во-первых, карьерноориентированные политики составляют относительное большинство, а, во-вторых, в партийных системах с одной устойчиво доминирующей партией они по преимуществу стараются придерживаться рядов доминирующей партии. Таким образом, доминирующий статус политической партии будет подтверждать ее количественный состав как индикатор ее привлекательности.

Качественный показатель кадрового состава политической партии в большей степени отражает ее ценность. Качественный состав политической партии – это политический, профессиональный, общественный статус ее членов. Наличие значимых личностей в ее составе влияет как на имущественный, так и на имиджевый ресурсы политической партии. Соответственно наличие таких личностей в ее составе свидетельствует о большой ее эффективности.

Для оценки качественного состава членов доминирующей партии и их активных сторонников можно частично пользоваться методикой, применяемой Г.В. Голосовым в его работе «Российская партийная система и региональная политика 1993-2003» для определения профессиональной принадлежности региональных законодателей. Профессиональная принадлежность членов партии позволяет оценить связи политической партии с неполитическими общественными объединениями, коммерческими организациями, государственными/муниципальными органами власти, а также рассмотреть их ресурсный потенциал.

Согласно данной методике автор анализировал списки кандидатов общественных объединений, участвовавших в выборах, на предмет профессиональной принадлежности кандидатов. Для проведения анализа Г.В. Голосов выделил восемь профессиональных групп, в основу которых заложил принцип наибольшей вероятности электорального успеха. Так, в профессиональную группу «законодатели» автор включил действующих депутатов разных уровней власти, в профессиональную группу «городские лидеры» - руководителей исполнительной власти; в профессиональную группу «чиновники» - иных управленцев, наделенных государственной / муниципальной властью; в профессиональную группу «политики» - политических деятелей общественных объединений; в профессиональную группу «бизнесмены» - руководителей или собственников частных организаций; в профессиональную группу «служащие» - лиц наемного труда, из которых в особую профессиональную группу выделены врачи, как служащие, обладающие высоким социальным капиталом; наконец в профессиональную группу «профессионалы» входят лица свободных профессий – адвокаты, артисты, художники и т.д.

Запрос на диссертацию присылайте на адрес kulseg@mail.ru

Биология
Ветеринария
Геология
Искусствоведение
История
Культурология
Медицина
Педагогика
Политика
Психология
Сельхоз
Социология
Техника
Физ-мат
Филология
Философия
Химия
Экономика
Юриспруденция

Подписаться на новости библиотеки


Пишите нам

 

 

 

 

X