Библиотека ДИССЕРТАЦИЙ
Главная страница Каталог

Новые диссертации Авторефераты
Книги
Статьи
О сайте
Авторские права
О защите
Для авторов
Бюллетень ВАК
Аспирантам
Новости
Поиск
Конференции
Полезные ссылки
СУПЕРОБУЧЕНИЕ
Комната отдыха

Введите слово для поиска

Харченко Сергей Владимирович
Геоморфологический фактор формирования городов черноземья


МОСКОВСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ имени М. В. ЛОМОНОСОВА
Географический факультет


Специальность 25.00.25 – геоморфология и эволюционная география


Диссертация
на соискание ученой степени кандидата географических наук


Научный руководитель: д.г.н., профессор Болысов Сергей Иванович


МОСКВА - 2014

Содержание диссертации
Геоморфологический фактор формирования городов черноземья

ВВЕДЕНИЕ

ГЛАВА 1. ИЗУЧЕННОСТЬ ПРОБЛЕМЫ
1.1. О содержании категории «формирование города»
1.2. Влияние рельефа равнин на формирование городов
1.2.1. Выбор места заложения города
1.2.2. Расширение границ и развитие функционально-планировочной структуры
1.2.3. Опасные геоморфологические процессы и их роль в формировании городов
1.3. Рельеф и комфортность жизни горожан
1.3.1. Экологическая роль городского рельефа
1.3.2. Рельеф в «топонимизации» и вернакулярной дифференциации города

ГЛАВА 2. МЕТОДИКА ИССЛЕДОВАНИЙ
2.1. Методологические основы исследования
2.2. Методика полевых исследований
2.3. Методика геоинформационного анализа и картографирования
2.4. Использование исторических картографических и текстовых документов
2.5. Методические подходы к оценке роли городского рельефа как фактор комфортности проживания
2.6. Методики оценки геоморфологической обусловленности городской топонимики и ментального пространства жизни горожан

ГЛАВА 3. РЕЛЬЕФ ГОРОДОВ ЧЕРНОЗЕМЬЯ
3.1. Факторы рельефообразования на ключевых городских территориях
3.1.1. Геологическое строение
3.1.2. Региональные черты климата и микроклимат ключевых городов
3.1.3. Гидрография и гидрология
3.1.4. Почвенно-растительный покров и животный мир
3.1.5. Антропогенный фактор рельефообразования
3.1.6. Геоморфологическое строение как фактор рельефообразования
3.2. Морфометрия и орография ключевых территорий, их хроно-генетическая предопределенность
3.2.1. Курск
3.2.2. Белгород
3.2.3. Тамбов
3.2.4. Липецк
3.2.5. Воронеж
3.3. Природная и антропогенная морфодинамика рельефа

ГЛАВА 4. РЕЛЬЕФ КАК ФАКТОР ФОРМИРОВАНИЯ И ФУНКЦИОНИРОВАНИЯ ГОРОДОВ ЧЕРНОЗЕМЬЯ
4.1. Геоморфологический фактор возникновения и развития городов Черноземья
4.1.1. Геоморфологическое положение городов Черноземья на первых этапах их развития
4.1.3. Градостроительная экспансия городов в 18-20 веках и ее связь с рельефом территории
4.2. Геоморфологическая обусловленность современной застройки
4.2.1. Морфометрическая обусловленность размещения застройки
4.2.2. Рельеф и метрические параметры застройки
4.2.3. Ориентировка строений в связи с рельефом
4.3. Геоморфологическое строение и функциональное зонирование территорий городов (на примере г. Курска и г. Тамбова)

ГЛАВА 5. ГОРОДСКОЙ РЕЛЬЕФ КАК ФАКТОР КОМФОРТНОСТИ ПРОЖИВАНИЯ
5.1. Геоморфологические опасности в городах
5.2. Рельеф и инсоляционные условия застройки
5.3. Влияние рельефа на «проветриваемость» городских территорий
5.4. Некоторые иные аспекты воздействия рельефа на комфортность проживания
5.4.1. Шум
5.4.2. Поверхностный сток
5.4.3. Экологический каркас
5.5. Влияние рельефа на восприятие городского пространства
5.6. Геоморфологическая составляющая экологического потенциала городских ландшафтов

ЗАКЛЮЧЕНИЕ
ЛИТЕРАТУРА

ГЛАВА 1. ИЗУЧЕННОСТЬ ПРОБЛЕМЫ

1.1. О содержании категории «формирование города»

Города представляют собой уникальное по сложности социальное явление. При любом анализе обусловленности явлений внешними факторами сначала необходимо определиться с подходом к количеству и типам анализируемых параметров. Здесь принимаем, что все изменения городов носят либо кумулятивный, либо ритмичный характер. Любые условно необратимые или долговременные изменения понимаем как аспекты формирования и эволюции города. На противоположной стороне – функционирование города, что отражается целой серией регулярных, кратковременных изменений в повседневной жизни города. Однако, прежде всего, нужно определиться с используемым понятием «города», ведь само это слово имеет множество толкований. Все это даст возможность отсеять неспецифические только для города проявления рельефа как экологического фактора.

Г. А. Малоян отмечал, что «понятие “город” кажется ясным, однако критерии, которыми пользуются при его определении, далеко не одинаковы» [112, с. 21]. Он указывает, что различия в понимании этого термина зависят от ряда факторов, зачастую от специализации и компетенций исследователя, дающего определение. Многочисленны и географические различия в понимании категории «город». В России на статус города претендует любое населенное место, численность населения которого превышает 12 тыс. человек и более 85% его трудоспособной части занята несельскохозяйственной деятельностью [180]. В общемировой практике часто употребляют лишь одно граничное условие: минимальный порог численности населения более 20 тыс. человек. Однако, например, в некоторых странах Северной Европы по числу преобладают города (населенные пункты со статусом «город») с населением менее 1000 человек.

Известный эколог Н. Ф. Реймерс писал, что «город – это населенный пункт, обычно крупный (как правило, не менее 2-3 тыс., но иногда и несколько сот человек)» [158, с. 103]. В противовес этим определениям, Ф. В. Стольберг в книге «Экология города» пишет, что «город – это место компактного поселения людей, отгороженного крепостной стеной или условной границей от «внешнего» по отношению к нему пространства» [184, с. 9]. Далее он приводит и общепринятое определение (см. выше [180]), но в качестве вспомогательного.

Очевидно, что понимание категории «город» менялось с эволюцией самих городов, современные города – существенно иные, нежели города средневековья или города античности. Подробный разбор явления города и его отличительных признаков дается в фундаментальной работе французских географов-урбанистов Жаклин Божё-Гарнье и Жоржа Шабо «Очерки по географии городов» [10, с. 36-43], однако и они приходят к выводу, что города столь разнообразны, что самые успешные попытки дать определение города обычно сводились к отрицанию типично сельских признаков. Другой французский географ П. Мерлен, отвечая на поставленный вопрос «Что такое город?», определяет его «прежде всего как центр связей, сообщений» [115, c. 18]. Однако оценивать неочевидное влияние рельефа на невещественные связи, сообщения – довольно сложно. Это еще один пример того, как влияет специализация ученого на трактовку, казалось бы, общеизвестных понятий.

В соответствии с имеющимися толкованиями, можно попытаться выделить основные специфические черты городов: 1) существенные количество и доля многоквартирной застройки (при относительно значительном количестве проживающих – по крайней мере, первые тысячи человек); 2) развитая, топологически сложная планировочная структура; 3) высокая доля площадей, занятых под выполнение несельскохозяйственных и нежилых функций (как и высокая доля функционирующего на них населения); 4) развитый общественный транспорт и система транспортных магистралей. Ко всему этому можно присовокупить и не специфические только для городов, но характерные для населенных пунктов вообще, процессы, такие как топонимизация территории и формирование ментальных ее образов или, например, техногенные изменения на постоянной основе ключевых физических параметров городской среды.

Собственно «формирование городов» включает в себя их основание (процедура выбора и начало освоения местоположения в связи с рельефом, выгодность или невыгодность выбора), первые этапы развития (когда городу приходится приспосабливаться к прежде «внешним» геоморфологическим условиям), индустриальный рывок развития (город перестраивает рельеф), постиндустриальный этап (научно-организованный город с тонким учетом ландшафтных условий). Не все поселения проходят этапы от первого до последнего. Более того, последний этап сегодня, в основном, только намечается в виде градостроительных экспериментов в небольших городках Европы, Японии и т.д.

1.2. Влияние рельефа равнин на формирование городов

1.2.1. Выбор места заложения города

Градостроители любого исторического периода всегда крайне трепетно подходили к определению места для будущего города. «Места, избираемые для строительства городов, представляют “отрадное исключение” среди окружающих ландшафтов как территории, наиболее пригодные для выполнения своих социальных функций (город-крепость, столица, порт и т.д.) и для жизни людей, обеспечивая их необходимыми ресурсами (в частности, питьевой водой). Важную роль при этом играют геоморфологические особенности местности (положение в речном бассейне, расчлененность, экспозиция, абсолютная и относительная высота, а также проходимость, эстетичность, устойчивость геоморфологического ландшафта)» [43, с. 10]. Исследования и доказательства геоморфологической обусловленности выбора места для различных городов приводятся в работах геоморфологов Э. А. Лихачевой, А. И. Евиной, Н. В. Осинцевой, О. А. Борсука [16, 17], С. Н. Ковалева и целого ряда других специалистов. Рассмотрим подробнее некоторые работы.

Н. В. Осинцева акцентировала внимание на городах Сибири и, в особенности, городе Томске [139 - 142]. Геоморфологические условия возникновения и развития системы древних русских городов в бассейне верхней и средней Оки изучала А. И. Евина [55 - 57].

Интерес представляет работа М. П. Жидкова, А. Г. Макаренко, В. В. Бронгулеева «Геоморфологические условия городов Европейской России и выбор их местоположений во времени (IX-XX в.)» [61], в которой авторы отмечают, что для городов наиболее оптимально «сочетание контрастных типов рельефа (пограничное положение), нередко с неглубоким залеганием карбонатных пород, а также с не слишком малыми контрастами высот, обеспечивающими безопасность от наводнений и способствующими лучшему дренажу, но вызывающими в ряде случаев оползневую активность». Первый признак подтверждается другой работой М. П. Жидкова, в которой автор указывает на высокую приуроченность в размещении городов к границам морфоструктурных единиц и соответствующих этим границам активным разломам в земной коре [60]. Это далеко не первая работа, указывающая на тектоническую предопределенность в структуре сети городов.

Известна, например, монография «Морфоструктурные узлы – места экстремальных природных явлений» [155], авторы которой показывают, что, несмотря на активность геологических и геоморфологических процессов, расположение городов в морфоструктурных узлах с соответствующими им условиями и ресурсами всегда было предпочтительным.

Интересен подход, примененный в работе А. В. Кадетовой «Инженерно-геодинамическая эволюция урбанизированных территорий» [73], где на примере г. Иркутска автор показывает сначала роль города в изменении геологической среды и эволюцию этой роли за период его существования с середины 17 века, а потом описывает противоположный процесс влияния изменяющейся специфики экзогенных процессов на развитие города.

Большую важность для геоморфологов представляют и работы ряда архитекторов и градостроителей. Например, В. П. Буркин в 2000 году в своей диссертационной работе [19] дал характеристику влияния плановой морфологии речных пойм и структуры речных систем вообще в локальном масштабе на основание и последующее развитие поселений на примере г. Владимир. Подходил он к этому эколого-геоморфологическому вопросу с целью оптимизации функционирования городских территорий. Вообще в отечественном градостроительстве сформировался целый пласт специалистов, относящихся к градостроительному планированию как процессу, направленному, прежде всего, на ландшафтную оптимизацию и улучшение параметров городской среды.

Большое внимание первичному выбору места под поселение уделяли историки и археологи. Известно, что первейший фактор выбора геоморфологически удобного места для средневекового города – естественные фортификационные свойства этого места. В 1969 году издан прекрасно иллюстрированный альбом-монография В. В. Косточкина «Крепостное зодчество Древней Руси» [88]. Автор приводит множество примеров учета рельефа и речной сети в средневековой фортификации – Кирилло-Белозерский монастырь (г. Кириллов), Борисоглебский монастырь (г. Борисоглебы), Псково-Печерский монастырь (г. Печеры), а также Коломенский кремль, кремль Ивангорода, крепости Копорье, Ям и другие объекты. В эту же группу можно отнести книгу А. И. Осятинского «Строительство городов на Волге» [144], описывающую историю становления сети крупных на сегодняшний день городов Нижнего и Среднего Поволжья. Внимание уделено и локальным физико-географическим условиям их возникновения.

Большой вклад в теорию изучения локальных условий возникновения городских поселений внесла работа историка Л. М. Тверского «Русское градостроительство до конца XVII века» [187]. Разработанная им классификация городов по их орогидрографическому положению до сих пор является наиболее употребляемой.

Стоит отметить, что почти все эти работы либо посвящены, либо используют в качестве примеров относительно древние города. Принципиально от них отличается, например, работа И. М. Смоляра [179], в которой даются обширные рекомендации по оценке природно-климатических условий, в т.ч. рельефа при строительстве новых городов. Резюме: более всего геоморфологическая обусловленность в выборе места основания города получала отражение в городах, основанных в периоды геополитической нестабильности. Например, для юга и центра Восточно-Европейской равнины – это города не моложе конца 17 века. Впоследствии фортификационную значимость рельефа для основания городов вообще, где бы то ни было, свело «на нет» широкое распространение стрелкового оружия и осадной артиллерии. Градостроители более раннего исторического периода обычно предъявляли к топографическим и орогидрографическим условиям довольно однообразные требования, которые хорошо описаны в литературе.

Однако плохо исследованным остается вопрос влияния разнообразия рельефа в ближайшей окрестности исторического центра города – бывшей крепости, а не однотипного рельефа, выбираемого под саму крепость. Стараясь избрать оптимальное место, но не думая о том, что будет с городом через десятки и сотни лет, градостроители часто определяли особенности его пространственного развития на многие годы вперед. Иногда место невольно выбиралось успешно, иногда – неудачно. Влияние места основания города на его последующее развитие в своем геоморфологическом окружении – тема довольно новая и актуальная как в теоретическом, так и в прикладном отношении.

1.2.2. Расширение границ и развитие функционально-планировочной структуры

Как следует из резюме к предыдущему пункту, влияние рельефа на расширение границ и развитие функционально-планировочной структуры города связано с его влиянием на место основания крайне тесно. Выбор места основания города задает последующий фон природных условий его развития, и геоморфологические условия играют в этом большую роль. Известно, что требования города к рельефу значительно меняются во времени и некогда выгодный рельеф города в будущем часто сильно ограничивает его пространственное развитие. Тема эта, представляя значительно больший практический интерес, чем тема предыдущего пункта, лучше отражена в работах специалистов сугубо прикладных направлений.

Например, большой вклад в развитие учения о ландшафтных территориальных лимитах развития городов внесли работы иркутских архитекторов [9, 14]. Автор одной из них – Д. В. Бобрышев – говорит о природном каркасе развития города, под которым он понимает «связанную систему эколого-градостроительных осей наиболее активных ландшафтов: тальвегов и водоразделов, формирующих остов… города» [9, с. 9]. Несмотря на несколько вольное использование географической терминологии, идея автора ясна. Функционально-планировочный каркас города во многом сходен с рисунком характерных линий рельефа, а рисунок этот, как известно, определяет пространственные особенности перераспределения вещества и энергии.

Затрагивает вопросы использования геоморфологических методов в ландшафтном планировании урбанизированных территорий диссертация П. Н. Брагина [18]. В ней автор представляет результаты «морфодинамического анализа топологии ландшафта», указывая на потенциал и важность таких работ, подготавливающих, по его мнению, благодатную почву для эффективного использования городской территории. Под морфодинамическим анализом автор подразумевает «способ выявления дифференциации ландшафтной оболочки на геотопы» [18, с. 8]. Отметим, что гораздо чаще в геоморфологии под морфодинамическим анализом понимают анализ динамики рельефообразующих процессов, а не территориальной изменчивости геометрических характеристик рельефа.

Упоминавшаяся выше работа В. П. Буркина [19], касающаяся использования пойм в градостроительстве, помимо примеров основания городов в условиях пойм и низких террас, характеризует и современные распространенные принципы использования периодически затапливаемых площадей, а также принципы преобразования рельефа, вертикальной планировки, расширяющих спектр видов возможного использования территории. И, если эта работа освещает влияние на структуру города рисунка речной сети и нижних звеньев флювиального комплекса рельефа – пойм и низких террас, то ряд авторов интересовались влиянием на города верхних звеньев эрозионной сети – овражно-балочной системы. Выделяются работы С. Н. Ковалева [82, 83].

Ю. В. Генсиоровский на примере ряда городов о. Сахалин предлагает методические рекомендации [34] к составлению схем планировочных ограничений для предупреждения опасных последствий экзогенных геологических процессов. По близкой теме работает Р. С. Кузнецов [98], занимаясь районированием территорий городов на основе геоморфологических и инженерно-литологических различий и, соответственно, оценки рельефа и грунтов как факторов, ограничивающих экстенсивное освоение.

Оценка геоморфологических ограничений в градостроительстве – одно из немногих направлений геоморфологии городских территорий, популярных за рубежом. По примененным подходам на работу Р. С. Кузнецова похоже исследование румынского ученого П. Сзилард для города Клуж-Напока [228]. Автор также сделал попытку рассчитать геоморфологические риски, их дифференциацию по территории. Еще один исследователь из этой страны концентрирует внимание на городе Маргита. Им опубликованы несколько работ [230, 231] по эколого-геоморфологическому анализу этого городка, площадью лишь несколько квадратных километров. В целом, работы, касающиеся геоморфологических ограничений расширения городов, довольно редки.

Помимо названных публикаций, большое значение имеет исследование Е. А. Лапшиной «Динамика влияния природного рельефа на формирование композиции города» [102]. Автор отмечает, что «основным фактором, определяющим изменяемость композиционных связей города и природного рельефа, является перераспределение активности градостроительного освоения по природной территории во времени» [102, с.14] и, в частности, на основании этого предлагает концепцию использования композиционного потенциала природной системы. В подтверждение выводов Е. А. Лапшиной говорит, например, работа Т. Г. Михайленко, посвященная истории планировки и застройки г. Курска (одного из ключевых городов нашего исследования). В работе приводится ряд примеров – как изначально удачное в топографическом отношении местоположение острога сказалось при расширении города с середины 18 века и, особенно, – при введении регулярной планировки в конце этого века.

«Реализация плана императрицы усложнялась из-за холмистой местности, на которой предстояло проложить четко разграниченные прямые улицы и возвести прямоугольные кварталы. На склонах было невозможно провести регулярную планировку. Ведь Курск изначально строился как город-крепость на господствующей над равниной возвышенности. В XVIII веке давно уже исчезла необходимость обороны бывшего южного рубежа Московского государства, на границе которого стояла курская крепость. Губернский город должен был иметь соответствующий величию империи парадный облик с широкими прямыми проспектами. Но такой проспект, получивший впоследствии название Московской улицы, можно было провести только по водоразделу рек Тускари и Кура, на вершине лежащего между ними холма» [119, с. 49-50].

Отдельное место в геоморфологической организации функционально-планировочной структуры городов занимает вклад рельефа в создание системы коммуникаций, канализации, а также в структуризацию естественного поверхностого и подземного стока. Линейные сооружения предъявляют еще более жесткие требования к морфологии базисного рельефа, чем «точечные» объекты, такие как здания. В литературе (например, [46, 175]) описаны примеры использования рельефа для устройства самотечной канализации при освоении холмистой местности, а также ограничения в трассировке транспортных магистралей на сложном рельефе и экономической эффективности эксплуатации транспортных средств в зависимости от выбранной схемы магистральной сети города.

Возрастающую актуальность приобретают геоморфологические подходы к изучению подземного пространства городов в силу ряда причин. Во-первых, – в связи с все увеличивающимися нагрузками на геологическую среду, ростом объемов и усложнением структуры подземных полостей, расширением спектра видов их использования. Во-вторых, – в связи с тем, что методы анализа рельефа поверхности отчасти позволяют судить об инженерных свойствах нижележащего пространства и оптимизировать мероприятия по его освоению. Но, вместе с тем, этих методов недостаточно, и требуется разработка специальных приемов для обследования «подземного рельефа» (субрельефа). Интересы геоморфологов в этом направлении выражают немногие специалисты, в основном – представители МГУ им. М. В. Ломоносова – С. И. Болысов, В. А. Неходцев [12], А. А. Лукашов, С. В. Шарапов [205], Е. А. Иксанова [67], и коллективы геологов РАН под руководством В. И. Осипова [124], Г. Л. Коффа [90].

В контексте ландшафтного планирования городов актуальна и интересна тема формирования элементов зеленого каркаса на неудобных в отношении рельефа территориях. Затрагивается она, например, в книге «Ландшафтное планирование» [85] Е. Ю. Колбовского, а также в монографии «Город-экосистема» [43]. Параллельно развивается и более прикладная тема – использование знаний о геоморфологическом строении территорий при обосновании границ ООПТ (в частности – на урбанизированных площадях). Пример тому – недавняя публикация А. А. Лукашова [110]. Несмотря на общий региональный масштаб в исследовании, автор акцентирует внимание и на некоторых удачных примерах вписывания в рельеф внутригородских ООПТ – НП «Лосиный остров» и заказника «Воробьевы горы». Кандидаская диссертация, посвященная геоморфологическому анализу для управления ООПТ, подготовлена и защищена С. Ю. Самсоновой [168], ей же опубликован ряд статей по частным аспектам проблемы [например, 167].

Резюме: отношения рельефа и функционально-планировочной структуры городов крайне сложны. Например, слабо описан вклад сети искусственных микроводоразделов линейных положительных форм рельефа (вплоть до микрогребней вдоль разделительной полосы автодорог) в территориальное перераспределение стока атмосферных осадков, а также в нарушение техногенными покрытиями соотношения поверхностной и подземной составляющих стока. Вообще работы по теме этого раздела главы зачастую сводятся к описанию примеров взаимодействия рельефа и геоморфологических процессов с отдельными конструкциями, сооружениями и прочими городскими объектами. Реже работы носят системный характер. Столь же редко встречаются количественные оценки соотношения рельефа и распределения городских объектов (причем вообще нет исторических обзоров этого соотношения). Почти не раскрытыми до сих пор остаются возможности применения геоморфологических методов в анализе перспектив освоения подземного пространства, а также геоморфологической интерпретации естественных и искусственных полостей.

1.2.3. Опасные геоморфологические процессы и их роль в формировании городов

Опасные геолого-геоморфологические процессы на освоенных территориях – тема злободневная. Наибольший ущерб проявления активной экзоморфодинамики наносят густо заселенным и значительно освоенным в инженерном отношении территориям городов. Непреходящая актуальность проблемы обуславливает большое многообразие проводимых исследований, а также огромную широту их тематического спектра.

Естественно, к сегодняшнему дню опубликовано и множество обобщений. Например, в 1999 году под редакцией В. И. Осипова была издана монография «Опасные экзогенные процессы» [143] (ОЭП). Авторы рассматривают ОЭП в самых разных аспектах, однако не указывают на очевидную специфику опасных процессов на городских территориях. Рассматривали проблему опасных процессов на городских территориях и такие крупные специалисты, как Ф. В. Котлов, Г. Л. Кофф, С. П. Горшков и др.

Например, Ф. В. Котлов, один из основоположников антропогенной геоморфологии, концентрировал свое внимание на проблеме антропогенной обусловленности геологических процессов, в т.ч. градостроительной [89]. Отдельную главу посвятил влиянию «урбано-промышленных мероприятий» на экзодинамические процессы на территории городов С. П. Горшков в своей монографии [44]. Большое внимание опасным процессам на городских территориях и сейчас уделяют геологи Московского университета. Не так давно опубликовано учебное пособие [190] по экологической геодинамике, в которой все геологические процессы рассматриваются как экологический фактор экосистемы человека.

Помимо обобщений, имеются и публикации результатов частных исследований: либо по отдельным городам (территориальный подход), либо, реже, по опасному процессу (типологический подход). Внимание исследователей привлекали, например, г. Казань – подтопление [59] и карстово-суффозионные процессы [33], г. Витебск – оползни, осадки грунтов [31], г. Томск – оползни [136] и др. города.

Рядом с оценками пораженности территории опасными геоморфологическими процессами зачастую «идут» попытки прогноза: оценки геоморфологических рисков. Это можно наблюдать в работе В. И. Петина с коллегами по территории г. Белгорода [147], одного из наших ключевых городов. Значительный вклад в концепцию геоморфологического риска и опасности внесен Э. А. Лихачевой с соавторами [91], ими же сделаны конкретные оценки для территории г. Москвы [107, 108]. Крупномасштабное исследование, посвященное оценке экзогеодинамической опасности территории для проектируемых линейных сооружений, провел С. В. Шварев [206]. Разработанные им приемы, апробированные для газопроводов, в перспективе могут применяться для многочисленных типов линейных сооружений городов.

Интерес вызывают и работы Л. Л. Розанова, предлагающего концепцию геотехнопространства. В числе прочего, проблема техногенного преобразования поверхности Земли им рассматривается и в аспекте его опасных и неблагоприятных последствий [162, 163].

Резюме: вопрос влияния активных экзогенных геоморфологических процессов на формирование городов и безопасность жизнедеятельности горожан представляет значительный интерес для геоморфологов и геологов. Написан целый ряд обобщений, некоторые из которых стали уже «классическими» работами. Периодически в научной печати возникают работы, в основном, – описательного характера, об особенностях протекания опасных экзогенных процессов на территории какого-либо отдельно взятого города. Вместе с тем, вопрос роли активной экзоморфодинамики в историческом развитии городов освещен слабо и требует углубления и конкретизации.

Запрос на диссертацию присылайте на адрес kulseg@mail.ru

Биология
Ветеринария
Геология
Искусствоведение
История
Культурология
Медицина
Педагогика
Политика
Психология
Сельхоз
Социология
Техника
Физ-мат
Филология
Философия
Химия
Экономика
Юриспруденция

Подписаться на новости библиотеки


Пишите нам

 

 

 

 

X