Библиотека ДИССЕРТАЦИЙ
Главная страница Каталог

Новые диссертации Авторефераты
Книги
Статьи
О сайте
Авторские права
О защите
Для авторов
Бюллетень ВАК
Аспирантам
Новости
Поиск
Конференции
Полезные ссылки
СУПЕРОБУЧЕНИЕ
Комната отдыха

Введите слово для поиска

Агафонов Иван Александрович
Организационно-экономические механизмы реорганизации нефтегазовой компании

Московская международная высшая школа бизнеса «МИРБИС»


Специальность 08.00.05 – Экономика и управление народным хозяйством (менеджмент)


Диссертация
на соискание ученой степени кандидата экономических наук


Научный руководитель: заслуженный деятель науки РФ доктор экономических наук, профессор Похвощев Владимир Александрович


Москва – 2015 г.

Содержание диссертации
Организационно-экономические механизмы реорганизации нефтегазовой компании

ВВЕДЕНИЕ

ГЛАВА 1. КОНЦЕПЦИЯ РЕОРГАНИЗАЦИИ КОМПАНИЙ НЕФТЕГАЗОВОЙ ОТРАСЛИ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
1.1. Текущее состояние нефтегазовой отрасли в Российской Федерации и общемировые тенденции ее развития
1.2. Концепция реорганизации и основные направления, цели и задачи реорганизации нефтегазовой компании
1.3. Роль государства и регулирование процессов реорганизации
Выводы по главе 1

ГЛАВА 2. ОРГАНИЗАЦИОННО-ЭКОНОМИЧЕСКИЕ ИНСТРУМЕНТЫ РЕОРГАНИЗАЦИИ НЕФТЕГАЗОВОЙ КОМПАНИИ
2.1. Основные направления реорганизации и примеры программ российских нефтегазовых компаний
2.2. Моделирование структурных изменений нефтегазовой компании в процессе реорганизации и оценка последствий
2.3. Подход к выполнению работ по проекту реорганизации, направленный на выявление «узких» мест в компании
2.4. Концептуальные модели формирования мультипроектного портфолио и мультипроектного менеджмента
2.5. Разработка сетевого плана-графика работ по проекту реорганизации и использование метода контроллинга
Выводы по главе 2

ГЛАВА 3. РАЗРАБОТКА ПРОГРАММЫ РЕОРГАНИЗАЦИИ КОМПАНИИ НА ПРИМЕРЕ ПРОИЗВОДСТВЕННОГО ОБЪЕДИНЕНИЯ АЗНЕФТЬ
3.1. Анализ хозяйственной деятельности ПО АЗНЕФТЬ
3.2. Формирование плана работ по разработке проекта «Повышение операционной эффективности и оптимизации затрат ПО АЗНЕФТЬ»
3.3. Разработка инициатив по проекту
3.4. Оценка результатов проекта
Выводы по главе 3

ОСНОВНЫЕ ВЫВОДЫ
СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ

ГЛАВА 1. КОНЦЕПЦИЯ РЕОРГАНИЗАЦИИ КОМПАНИЙ НЕФТЕГАЗОВОЙ ОТРАСЛИ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

В главе 1 проводится исследование текущего состояния нефтегазовой отрасли Российской Федерации по трем направлениям: нефть, нефтепереработка и газ, включая анализ общемировых тенденций развития отрасли; анализ последствий от введения санкций; сравнение финансовых показателей российских и зарубежных нефтегазовых компаний. Также в главе 1 проводится исследование концепции реорганизации и основных направлений реорганизации, анализируются цели и задачи реорганизации применительно к нефтегазовой компании. В завершении главы 1 автор рассматривает роль государства при регулировании процессов реорганизации.

1.1. Текущее состояние нефтегазовой отрасли в Российской Федерации и общемировые тенденции ее развития

Спустя два десятилетия с момента распада СССР и более десятилетия структурных и экономических реформ, экономика Российской Федерации остается сырьевой направленности, при которой пополнение бюджета страны и реализация государственных программ во многом зависят от результатов деятельности нефтегазовой отрасли. На сегодняшний день совокупное налогообложение нефтегазовой отрасли формирует до 50% доходов бюджета Российской Федерации с тенденцией к еще большему увеличению.

По мнению автора, зависимость экономики от нефтегазовой отрасли значительно выросла после мирового финансового кризиса 2008-2009 гг., когда правительство Российской Федерации было вынуждено оказать значительную фискальную поддержку экономике страны, которая расширила не нефтяной дефицит бюджета с 5% в 2008 г. до 12% в 2009 г.[89].

Сегодня на нефтегазовую отрасль приходится до 70% экспорта товаров страны: по данным Федеральной таможенной службы Российской Федерации из общего объема экспорта в 2013 г., составляющего 526.4 млрд. долларов США, экспорт топливно-энергетических товаров составил 369.7 млрд. долларов США. При этом за 2012 г. данные экспорта товаров практически идентичны – из общего объема экспорта в 524.7 млрд. долларов США экспорт топливно-энергетических товаров составил 368.6 млрд. долларов США, Что также составляет 70%. Структура топливно-энергетических товаров: сырая нефть - 35%, газ - 13%, нефтепродукты - 19%, доля прочих товаров составляет 33%.

Нефтегазовая отрасль также является стратегической отраслью, определяющей геополитические возможности и оказывающей комплексное воздействие на развитие и эффективность народного хозяйства страны. По оценке Министерства энергетики совокупный вклад нефтегазовой отрасли в ВВП Российской Федерации в 2013 г. составил до 1/3.

Роль России в мировом производстве и экспорте энергоресурсов сложно недооценить, согласно данным министерства энергетики Российской Федерации на 2013 г.[33]:

- Российская Федерация занимает 2 место в мировом экспорте нефти (включая газовый конденсат) с совокупной долей – 12.1% от мирового потребления, уступая лишь Саудовской Аравии;

- по объемам экспорта газа Российская Федерация занимает 1 место в мире с совокупной долей 21.2% от мирового потребления.

Доминирующее положение нефтегазовой отрасли в экономике Российской Федерации обуславливается двумя основными факторами – с одной стороны, Российская Федерация обладает крупнейшими запасами нефти и газа в мире. По оценке Министерства энергетики за 2013 г., на территории Российской Федерации находится свыше 34% разведанных мировых запасов природного газа и до 13% разведанных мировых запасов нефти. С другой стороны, рост стоимости энергоресурсов в 2000-х гг. внес значительный вклад в повышение доходности отрасли, так, например, среднегодовая стоимость барреля нефти марки Brent Crude Oil за период с 2000 г. по 2013 г. выросла более чем в 3.5 раза.

Тем не менее, нынешний кризис 2014 г. и мировой спад промышленного производства внесли свои изменения в стоимость нефти, опустив значение ниже 50 долларов США за баррель, что негативно отразилось на экономическом состоянии Российской Федерации и привело к необходимости введения комплекса ответных мер по компенсации недополученной прибыли от продажи топливно- энергетических товаров. Но, по мнению автора, данная ситуация является временной, так например, в своем прогнозе ряд экспертов, в том числе эксперты датского Saxo Bank отмечают, что данная ситуация может сохраняться лишь краткосрочный период времени, составляющий по оценкам экспертов до полугода. Это объясняется отчасти и заинтересованностью самих производителей, и высокой себестоимостью добычи на сланцевых месторождениях в США, которая с учетом всех затрат находится на уровне $80-100 за баррель, и ростом стоимости на добычу с традиционных месторождений за счет повышения стоимости оборудования, услуг подрядчиков, повышения трудоемкости извлекаемой нефти. Поэтому согласно оценке экспертов Saxo Bank в будущем ожидается обратный подъем цен на нефть [31].

По оценке второго источника - экспертов крупнейшего мирового финансового конгломерата - банка Barclays, в среднесрочной перспективе стоимость нефти марки Brent Crude Oil также останется выше 100 долларов США [14].

Согласно третьему источнику - отчету компании Лукойл ожидается, что в мире до 2025 г. мировое потребление нефти будет расти в среднем на 1.2% ежегодно. Если в 2020 г. мировой объем потребления нефти составлял 89.9 млн. баррелей в сутки, то к 2025 г. планируется, что ежегодный объем потребления нефти составит до 105 млн. баррелей в сутки (увеличение до 14%) [52]. Увеличение потребления топлива в мире, прежде всего, объясняется ростом благосостояния развивающихся стран. Автор отмечает вклад мирового транспорта, который является движущей силой, увеличивающей спрос на жидкие углеводороды, так как на сегодняшний день свыше 90% используемого топлива в данном секторе являются нефтепродукты. Например, в Китае согласно оценке Российского энергетического агентства (РЭА) к 2020 г. количество автомобилей может увеличиться в 2.6 раза, с 70 до 184 автомобилей на тысячу человек [80], в дополнение с учетом снижения стоимости топлива снижается также привлекательность перехода на гибридные и полностью электрические автомобили.

Тем временем основной угроза снижения мировых цен на нефть в ближайшее время связана с началом разработки нетрадиционных запасов жидких углеводородов. Например, в 2012 г. в США объем добычи нефти на территории штата Северная Дакота по формации Баккен за счет вовлечения в эксплуатацию сланцевых залежей нефти увеличился в 7.5 раза по сравнению с 2008 г. и составил 589 тыс. баррелей в сутки. Аналогичный скачок наблюдается на территории Игл Форд, штат Техас. В результате в 2014 г. США обогнали Россию и Саудовскую Аравию, и вышли на первое место по добыче нефти с результатом в 11 млн. баррелей в сутки. При этом доля сланцевой нефти в 2013-2014 гг. в США составляла до 30-35% всего объема, но стоит отметить, что на текущий момент себестоимость добычи сланцевой нефти слишком высока, чтобы капитально снизить цену барреля сырой нефти.

Автор отмечает неготовность перерабатывающей и транспортной инфраструктуры США к такому резкому увеличению добычи нефти, которая внесла существенный вклад в снижение котировок. Так, средний спред за 2013 г. между котировками марки Брент и марки WTI составил 10 долларов США к баррелю, когда в 2011-2012 гг. WTI торговалась с премией в 17 долларов США к Брент. Но в среднесрочной перспективе, учитывая развитие транспортной инфраструктуры, а также непростые геополитические отношения, США могут создать существенную конкуренцию на рынке Европы для Российской Федерации. С другой стороны на территории Российской Федерации также наблюдался рост добычи нефти с 2000 г., который, однако, в отличие от «сланцевой революции» в США, объясняется вводом в эксплуатацию новых месторождений в Восточной Сибири: Ванкорского, Уватского, Толоканского. Согласно представленным данным с 2000 г. по 2013 г. объем добычи нефти увеличился на 62%.

Также положительное влияние на рост объемов добычи на территории Российской Федерации оказывала стабилизация добычи нефти на действующих месторождениях Западной Сибири и Европейской части страны, являющихся основными добывающими регионами, чья совокупная доля составляет до 90% от объема добычи нефти в 2013 г. и характеризуемых высоким уровнем истощения эксплуатируемых запасов. Учитывая объективные причины снижения добычи, связанные с истощением запасов, низкими темпами ввода новых месторождений, нехватки геологоразведочных работ, стабилизация объема добычи объясняется эффективностью комплекса мер, которые принимаются нефтяными компаниями, это:

- внедрение современного оборудования и технологий, направленных на увеличение нефтеотдачи пластов – тепловое воздействие на пласт, закачка углеводородных газов, дымовых газов, ПАВ (поверхностно-активные вещества), кислот и тд.;

- повышения операционной эффективности компаний, включая повышение производительности труда, минимизацию простоев оборудования, оптимизацию процесса закупочной деятельности;

- сокращения издержек компаний, включая реорганизацию компаний, оптимизацию персонала, снижение расходов на транспорт, оптимизацию расходов на подрядные организации;

- перераспределения расходов с целью увеличения добычи нефти.

Однако по оценке экспертов Bank of America, Merrill Lynch, учитывая истощение запасов, правительство будет вынуждено предоставлять налоговые льготы для разведки и добычи в относительно труднодоступных районах страны, таких как восточная часть Сибири. Так, согласно оценке к 2020 г. почти 10-15% добычи нефти в Российской Федерации должна приходиться на территорию Восточной Сибири (Рис. 1.5) с доминирующим участием в разработке месторождений крупнейших российских компаний, обладающих наибольшими запасами на сегодняшний день и наилучшей технологической экспертизой: Лукойл, Роснефть, Газпромнефть [89].

В своем отчете эксперты связывали увеличение разведочного бурения в первую очередь с деятельностью крупнейших мировых нефтесервисных компаний, которые выступали в качестве экспертов, поставщиков технологий и основных бенефициаров предстоящего освоения месторождений Восточной Сибири до введения санкций в 2014 г. со стороны США, стран Европейского Союза, а также ряда других стран. Но из-за введенных «карательных» санкций, а также снижения стоимости нефти – разработка ряда проектов приостановлена, а крупнейшие российские нефтегазовые компании уже понесли существенные потери [49]:

- Роснефть сворачивает работы на месторождении в Арктике: работы по бурению скважины «Университетская-1» были успешно завершены в конце сентября 2014 г. и по итогам работ было открыто новое нефтяное месторождение. Во время пробного бурения Роснефть тесно сотрудничала с такими известными зарубежными компаниями нефтегазовой отрасли как ExxonMobil, Schlumberger, Weatherford, Halliburton, Nord Atlantic Drilling, FMC, Trendsetter, Baker, совместная деятельность с которыми попала под запрет санкций. Таким образом, в ближайшей перспективе капитальная разработка нового месторождения приостановлена;

- Газпромнефть лишается поставок зарубежного оборудования: из-за введенных санкций судьба таких технологически сложных проектов, как МЛСП «Приразломная», добывающая нефть на морском шельфе Печорского моря, неизвестна. Текущие партнеры, обеспечивающие зарубежным современным оборудованием, технологическими услугами с проекта уходят, на поиск новых партнеров необходимо время;

- ЛУКОЙЛ сообщил о сокращении инвестиционной программы на 2015 г. на 2 млрд. долларов США;

- введенные санкции и снижение стоимости нефти также являются барьером для добычи сланцевой нефти на территории Российской Федерации, в частности трудноизвлекаемой нефти Баженовской свиты ввиду того, что себестоимость разработки подобных месторождений высока, а технология гидроразрыва пласта, разработанная в США, на данный момент не имеет аналогов.

Основываясь, на результатах уменьшения инвестиционной программы Лукойл, автор считает, что «карательные» санкции существенно уменьшат положительную динамику привлечения инвестиций в нефтегазовую промышленность Российской Федерации.

Тем не менее, за период с 2000 г. по 2013 г. объем инвестиций в нефтедобычу увеличился с 123.2 млрд. рублей в 2000 г. до 896.2 млрд. рублей в 2012 г., что эквивалентно 7 кратному росту.

Источник: Министерство энергетики Российской Федерации Рис. 1.6. Инвестиций в нефтедобычу Российской Федерации, млрд. руб. Увеличение объема инвестиций в нефтепереработку Российской Федерации происходило еще стремительней, что, по мнению автора, является одной из ключевых характеристик этого периода. За период с 2003 г. по 2013 г. объем инвестиций увеличился в 8 раз с 24.4 млрд. рублей в 2003 г. до 269 млрд. рублей в 2013 г. . В результате в 2012 - 2013 гг. в Российской Федерации в строй ежегодно вводилось по 15 новых нефтеперерабатывающих установок, что превышает количество введенных в 2011 г. установок более чем в 2 раза, а количество ежегодно вводимых установок в период с 2008 по 2010 гг. – более чем в 3 раза. При этом в срок до 2020 г. согласно программе комплексной модернизации нефтеперерабатывающей промышленности планировалось ввести в строй еще 120 нефтеперерабатывающих установок, что объясняется необходимостью в повышении эффективности и модернизации предприятий и устранения напряженного баланса на рынке автомобильных бензинов. С учетом зарубежных санкций программа модернизации также может быть пересмотрена.

Автор обращает внимание, что рост инвестиций объяснялся, в т ом ч исле, повышением привлекательности нефтяной промышленности в связи с принимаемым правительством комплексом мер, направленных на оптимизацию налогового регулирования [95]. Так, ввод в октябре 2011 г. новой системы налоговых пошлин «60/66» на экспорт нефтепродуктов позволил увеличить объем инвестиций за период 2011 - 2013 гг. в нефтедобычу на 19%, в нефтепереработку на 43%.

Кроме того в перспективах ближайших лет рассматривается возможность апробации концепции налога на добавленный доход, который будет увеличиваться вместе с рентабельностью проекта. Согласно оценкам ведущих экспертов, в том числе министра энергетики РФ Александра Новака, введение налога на добавленный доход позволит серьезно повысить привлекательность нефтяной промышленности и стимулировать ее дальнейшее развитие. Возвращаясь обратно к анализу нефтеперерабатывающей промышленности, следует отметить увеличение объема и качества переработанной нефти на территории Российской Федерации. Увеличение объема объясняется, прежде всего, вводом в эксплуатацию новых установок и полномасштабной модернизацией оборудования, как было уже отмечено ранее. Так, в 2013 г. в стране было переработано 278.2 млн. тонн нефти, что эквивалентно росту в 2.5% по отношению к объему 2012 г. и является максимальным объемом с момента распада СССР. Тем не менее, глобально на мировой арене переработки нефтяных продуктов не все спокойно:

- с одной стороны в результате роста цен на нефть за прошедшее десятилетие центр создания стоимости перенесся в сторону добычи сырой нефти и в меньшей мере - в разведку новых месторождений. Данное изменение повлекло за собой снижение нормы прибыли для нефтеперерабатывающей промышленности в целом. С другой стороны с учетом текущего кратковременного снижения цен на нефть – нефтепереработка становится более привлекательной;

- тенденция роста свободных нефтеперерабатывающих мощностей на структурном уровне в мире, обуславливаемая вводом мощностей в Китае и Индии, на Ближнем Востоке, в Саудовской Аравии и Объединенных Арабских Эмиратах, а также в странах Латинской Америки, в Бразилии в частности. По оценке крупнейшего мирового финансового консультанта, компании Эрнст Энд Янг, ожидается, что в течение следующих пяти лет совокупный прирост мощностей, учитывая закрытие ряда предприятий, может составить до 25% объема существующих мощностей. Результатом станет снижение маржи нефтеперерабатывающей промышленности ввиду снижения коэффициента загрузки;

- большинство проектов по вводу новых нефтеперерабатывающих мощностей внедряются за счет нефтяных компаний. Вследствие чего проекты менее чувствительны к изменениям уровня прибыли ввиду того, что осуществляются при поддержке государства и направлены кроме основной цели на решение дополнительных задач, таких как: расширение сферы внешнеполитического влияния, создания добавочной стоимости и сокращение импорта, привлечение инвестиций, сокращение уровня безработицы в стране;

- повышается степень использования альтернативных источников энергии, которые направлены на замену продуктов нефтеперерабатывающей промышленности. В мире все большую популярность получают следующие виды топлива: биотопливо, топливо из возобновляемых источников, газоконденсатные жидкости, не являющиеся продуктом нефтеперерабатывающих предприятий.

Газовая промышленность Российской Федерации за период с 2000 г. по 2013 г. характеризовалась стабильно высоким объемом добычи, рост объема добычи природного газа составил 13%.

Текущий объем добычи газа соответствует уровню, удовлетворяющего потребности внутреннего спроса в Российской Федерации и обеспечивающего поставки на внешний рынок. Кроме того текущий уровень развития производства и транспортных сетей позволит, в случае необходимости, беспрепятственно увеличить объем добычи Российской Федерации. Также сегодня целях минимизации рисков в связи с напряженной дипломатической обстановки в Европе и диверсификации рынков сбыта строится магистральный газопровод «Сила Сибири», который позволит поставлять газ странам Азиатско- Тихоокеанского региона.

Переходя к анализу инвестиционной активности в газовой промышленности, автор отмечает, что за период с 2000 г. по 2013 г. темпы роста привлечения инвестиций в добычу газа и развитие инфраструктуры, не смотря на стабилизацию объема добычи газа, обогнали нефтепереработку. Для примера компания ОАО «Газпром» увеличила объем привлекаемых инвестиций с 95 млрд. рублей в 2000 г. до 1,026 млрд. рублей в 2013 г., что равносильно более чем 10-ти кратному росту за рассматриваемый период.

Рост инвестиций в газовую промышленность объясняется, прежде всего, положительным прогнозом мирового потребления газа. Так, согласно отчету компании Лукой ожидается, что в мире до 2025 г. мировое потребление газа будет расти в среднем на 2.2% ежегодно [52]. Важно отметить, что данный темп роста является наиболее высоким в сравнении с другими ископаемыми видами топлива.

Одними из ключевых факторов роста популярности газа в качестве топлива, который рассматривался в первое время как побочный продукт нефтедобычи, стали низкая стоимость по отношению к другим видам ископаемых топлив и экологичность.

Угроза глобального изменения климата требует принятия комплекса мер, направленных на снижение воздействия человека на природу, в частности минимизации парникового эффекта, являющегося одной из основных причин глобального потепления и связанного с масштабными объемами выброса углерода в атмосферу. Тем временем природный газ при сжигании выделяет значительно меньше углерода чем, например, мазут или уголь, но также и других вредных веществ, таких как соединения серы и азота, что делает его одним из наиболее экологичных видов ископаемых топлив.

Еще один ключевой фактор роста популярности газовой промышленности, по мнению автора, является череда трагических событий в атомной электроэнергетике, в частности недавняя авария на АЭС Фукусима-1 с максимальным рейтингом в 7 баллов по шкале INES (эквивалентно трагедии на Чернобыльской АЭС), произошедшая 11 марта 2011 г. по вине землетрясения, вызвавшего одно из сильнейших цунами в истории Японии. Кроме того рост населения в мире оказывает прямое воздействие на увеличение объемов потребления газа в секторах промышленности и жилищно- коммунального хозяйства. Согласно ведущим экспертам ожидается, что на Ближнем востоке и Азии газовая генерация будет постепенно вытеснять нефтяную и угольную соответственно. Значительный рост потребления ожидается также в Северной Америке, однако тем временем европейский рынок, представляющий из себя традиционный рынок сбыта для газовой промышленности Российской Федерации, продолжит стагнацию.

Ожидается, что общемировая фабрика, Китай , к 2020 г. станет ведущим импортером и потребителем газа в мире.

На сегодняшний день в мире активно развивается направление добычи нетрадиционного газа. Так, аналогично нефтяной промышленности для газовой промышленности США рост цен на газ в середине 2000 гг. удачно совпал с прорывами в технологии по направлениям бурение и гидроразрыв пласта. Положительное влияние дополнительно оказал обширный опыт, накопленный в индустрии США, низкие капитальные затраты ввиду уже построенной инфраструктуры, доступность водных ресурсов, а также низкая плотность населения в районах добычи.

Так, например, морской терминал Sabine Pass уже получил разрешение от администрации США на ежегодный экспорт 16 млн. тонн сжиженного природного газа, что эквивалентно 22 млрд. м3. Согласно планам развития добычи нетрадиционного газа, ожидается вхождение США в ряды крупнейших экспортеров к 2020 г. Однако одним из противовесов планов развития экспорта сжиженного природного газа выступает влиятельное лобби, опасающееся роста внутренних цен на газ.

Тем временем в Азии и Латинской Америке также открыты значительные ресурсы нетрадиционного газа, при этом наилучшей природно-сырьевой базой обладает Китай, в котором уже начался процесс активного импорта соответствующего оборудования и технологий. Но жесткая ограниченность водных ресурсов и неразвитость инфраструктуры газовой промышленности являются серьезными преградами и не позволят в ближайшее время сделать себестоимость добычи нетрадиционного газа сопоставимой США. Стремительное увеличение объема добычи для Китая является также затруднительной задачей, так как стремительный рост объема добычи предполагает наличие обширного парка современных буровых установок, который на текущий момент имеется в наличии только в Северной Америке, где он не менее востребован. Производство данных буровых установок крайне трудоемко и предполагает масштабных капитальных затрат. Общемировое производство данных буровых установок оценивается в 300 ед. в год [52].

Заключительным весомым фактором, ограничивающим возможности стремительного увеличения добычи нетрадиционного газа в краткосрочном периоде в Китае, является отсутствие мощностей для гидравлических разрывов пластов и квалифицированного штата сотрудников.

С другой стороны, в мире одновременно с развитием направления добычи нетрадиционного газа происходит в новых регионах для добычи ввод в эксплуатацию крупных месторождений традиционного газа. Так, в скором времени новыми поставщиками природного газа на мировом рынке могут стать страны Восточного Средиземноморья и Юго-Восточной Африки. (Рис. 1.12). В частности в Танзании и Мозамбике ожидается в ближайшее десятилетие введение в эксплуатацию мощностей по сжижению природного газа, что увеличит общий ресурсный потенциал региона до 70 млн. тонн сжиженного природного газа в год и сделает регион сопоставимым по экспортному потенциалу с США.

Одним из плюсов региона Юго-Восточной Африки является его хорошее расположение для поставок сжиженного природного газа на рынки Азиатско- Тихоокеанского региона, где намечается крупнейший рост потребления газа. Поэтому уже сегодня крупнейшие нефтяные компании Индии и Китая активно приобретают доли в добычных проектах региона. Необходимо также отметить, что, учитывая взаимосвязанность рынков, увеличение конкуренции на азиатско- тихоокеанском рынке приведет к увеличению конкуренции и на европейском рынке.

Тем временем в европейском регионе новым глобальным источником сжиженного природного газа к началу следующего десятилетия, по мнению автора, должен стать шельф Восточного Средиземноморья. По разным оценкам потенциальные извлекаемые ресурсы средиземноморского шельфа могут составлять до нескольких триллионов кубических метров газа [39]. Однако непростые взаимоотношения между странами, претендующими на разработку шельфа, Египтом, Израилем, Палестиной, Ливаном и Кипром являются крупной угрозой для инвестиционных проектов. Так, для Израиля, полностью зависящего от поставок энергоресурсов на сегодняшний день, стратегической задачей является расширение присутствия и увеличение своей доли в добыче газа при разработке месторождений на шельфе. Ввод первых мощностей по сжижению природного газа в регионе ожидается в 2020 г.

Тенденции, относящиеся к нефтегазовой отрасли, которые были описаны выше, оказывают влияние на крупнейшие мировые нефтегазовые компании мира, заставляя принимать меры по повышению эффективности использования имеющихся ресурсов, минимизации расходов, внедрению новых перспективных технологий и концентрации на профильной деятельности в борьбе за уменьшение себестоимости производства.

Тем не менее, российским нефтегазовым компаниям кроме вызовов текущего времени необходимо разбираться с неразрешенными проблемами прошлого, в целях изучения проблемы автор приводит исследование особенности развития российских нефтегазовых компаний.

После распада СССР бывшие страны-участницы, обладающие нефтегазовыми ресурсами, создавали национальные нефтегазовые компании, взяв за основу доминирующую в мире модель вертикально-интегрированных нефтегазовых компаний (ВИНК), подразумевающую объединение предприятий нефтяной промышленности, относящиеся к последовательным стадиям технологического процесса: разведка – бурение – добыча – транспортировка – переработка – нефтехимия – сбыт продуктов и создание единой компании с высокой долей государственного участия.

Модель вертикально-интегрированных нефтегазовых компаний (ВИНК) получила общемировое развитие благодаря изменениям, произошедшим в мировой нефтегазовой отрасли в 1960-1970 гг., когда крупнейшие страны- экспортеры нефти, являющиеся членами организации стран-экспортеров нефти (ОПЕК), сумели установить контроль в значительной степени над имеющимися нефтегазовыми ресурсами. В то время в странах ОПЕК необходимость вертикальной интеграции объяснялась стремлением к усилению присутствия на рынках конечного спроса, а также увеличение конкуренции в сфере добычи нефти и газа, учитывая условия относительно насыщенного рынка и снижающейся рентабельности инвестиций в освоение новых месторождений [65].

Интеграция нефтегазовых компаний Западной Европы, входивших в рейтинг крупнейших нефтегазовых компаний задолго до начала описываемых изменений, сложилась в несколько другом стиле. Например, в Италии и Франции мощный государственный сектор нефтехимической и нефтеперерабатывающей промышленности сложился еще к началу 1950 гг. и находился под полной зависимостью от поставок углеводородов со стороны крупнейших транснациональных нефтяных компаний и правительств добывающих стран того времени. Однако воспользовавшись противоречиями, основывающимися на конкуренции, между правительствами нефтедобывающих стран, находящихся, прежде всего, в Северной Африке, и транснациональных нефтяных компаний, государственные и частные компании Европы смогли проникнуть в сферу добычи углеводородов на более приемлемых условиях для нефтедобывающих стран. Другими словами автор подчеркивает, что основной мотивацией государственных компаний Европы была потребность в преодолении зависимости от снабжения углеводородами внешними поставщиками. Так, итальянская национальная нефтегазовая компания ENI, а также французская Total, входящие сегодня в топ-20 крупнейших нефтегазовых компаний мира были образованы вследствие описываемых событий.

В СССР нефтегазовая отрасль являлась единым целым звеном народного хозяйства, состоящая из предприятий и организаций Министерства нефтяной промышленности СССР, Министерства газовой промышленности СССР, Министерства нефтеперерабатывающей промышленности СССР, Министерства нефтехимической промышленности СССР, Министерства геологии СССР и Госкомитета по обеспечению нефтепродуктами СССР. Обеспечение топливно- энергетических потребностей страны, а также экспорт углеводородов полностью зависели от эффективности данной структуры. Тем временем уже с 1970-1980 гг. экспорт нефти являлся основной статьей пополнение бюджета страны. Так, к концу 1980-х гг. на долю нефти приходилось до 44% всей экспортной выручки. Но большую часть выручки государство не направляло на развитие нуждающейся в инвестициях нефтегазовой отрасли, а направляло на удовлетворение более насущных потребностей на тот момент, таких как закупка продовольствия. Данная политика привела к серьезному дисбалансу в развитии отдельных звеньев цепочки нефтегазовой отрасли.

Автор отмечает распад СССР, который в декабре 1991 г. еще сильнее подорвал состояние нефтегазовой отрасли. В качестве примера можно привести программу модернизации в 1970-1980 гг. нефтеперерабатывающей промышленности СССР, в ходе которой были введены в эксплуатацию 6 крупнейших нефтеперерабатывающих заводов на тот момент. Эти заводы располагались в Мозыре (Белорусская ССР), Лисичанске (Украинская ССР), Мажейкяе (Литовская ССР), Павлодаре и Чимкенте (Казахская ССР), а также Чарджоу (Туркменская ССР). Естественно, что после распада СССР 6 крупнейших, современных на тот момент нефтеперерабатывающих заводов оказались за пределами Российской Федерации, которая продолжила добычу в сотни миллионов тонн нефти, основываясь на переработке нефти на устаревших нефтеперерабатывающих заводах «мазутной специализации» [81]. Тем временем с началом 1992 г. новому правительству Российской Федерации пришлось акцентировать свои силы на борьбе с последствиями системного экономического, политического и социального кризиса в стране. Причинами которого, в результате отделения бывших союзных республик, стали комплекс социальных проблем, разрыв в производственной цепочке по большинству отраслей, включая нефтегазовую отрасль, а также развал финансовой системы.

Одновременно на фоне кризиса в Российской Федерации началось падение добычи нефти и газа, основными причинами которой стали общий спад промышленного производства, истощение, составляющих основу ресурсной базы на тот период, высокодебитных месторождений, нехватка современного оборудования и техники для добычи и бурения новых скважин, высокий износ основных фондов, составляющих до 60-70% на тот период, сокращение финансирования геологоразведочных работ, а также общее ухудшение финансового обеспечения отрасли. Таким образом, в 1992 г. структура нефтегазовой отрасли Российской Федерации насчитывала около 2,000 предприятий, которые были разрознены и только выстраивали новые взаимосвязи. В этих условиях неэффективность нефтегазовой отрасли, являющейся основным источником пополнения бюджета страны, стала особенно критична, и правительство было вынуждено начать быстрыми темпами масштабную реорганизацию предприятий нефтегазовой отрасли.

В правительстве в то время существовали разные точки зрения на концепцию реорганизацию нефтегазовой отрасли страны [85]. Так, например, был вариант создания ряда крупных государственных нефтегазовых компаний, которые фактически представляли в некотором виде модернизированные с некоторыми элементами хозяйственной самостоятельности прежние структуры, используемые в экономике СССР.

Другой вариант реорганизации предполагал заимствование опыта организации зарубежных нефтегазовых компаний, которые основывались на модели вертикально-интегрированных компаний и консолидировали предприятия всей технологической цепочки «от бензоколонки до скважины». Этот вариант нашел большее одобрение у руководителей предприятий нефтегазовой отрасли, что в итоге привело к одобрению данного варианта и разработке плана организации отрасли, оптимизации текущей структуры и приватизации предприятий нефтегазовой отрасли Российской Федерации.

В итоге если в ходе вертикальной интеграции нефтегазовых компаний в странах Западной Европы были преодолены национальные границы уже в 1960 гг. и с тех пор прошло более 50 лет непрерывной внутренней оптимизации компаний. То российские ВИНК были созданы в соответствии с постановлением правительства Российской федерации в течение нескольких лет после распада СССР, и с тех пор прошло лишь чуть более 20 лет внутренней оптимизации. Отсутствие у нефтегазовых компаний Российской Федерации планомерного развития по аналогии с ВИНК Западной Европы внесло отпечаток на текущее состояние компаний, этапы вертикальной интеграции, накопившиеся проблемы, ошибки, допущенные в ходе приватизации и объединения активов.

Так, например, сегодня по показателю выручка на одного сотрудника, являющимся мерой производительности труда, российские нефтегазовые компании значительно уступают зарубежным компаниям - аналогам (Рис. 1.13). В 2013 г. выручка на 1 сотрудника у лидера по данному показателю среди российских компаний – компании Лукойл составила 1,291 тыс. USD, что почти в 5 раз ниже относительно мирового лидера по данному показателю - компании ExxonMobil, где выручка на 1 сотрудника составила 5,843 тыс. USD.

При этом автор отмечает, что низкая производительность труда российских компаний относится не только к нефтегазовой отрасли, но и к большинству других добывающих и перерабатывающих отраслей и является важной, комплексной проблемой современной экономики страны.

Текущая ситуация с низкой производительностью труда в частности в нефтегазовых компаниях является популярным дискуссионным вопросом и кроме решающего фактора – отсутствия планомерного развития компаний может быть также объяснена влиянием целого комплекса других, сопутствующих факторов. Наиболее яркими примерами являются: влияние консолидации активов в 90-х гг., рост цен на энергоносители в 2000 гг., государственная поддержка компаний, а также устойчивое положение и высокая рентабельность отрасли. Все эти факторы, безусловно, внесли вклад в недостаточность мер, направленных на масштабную оптимизацию и реорганизацию нефтегазовых компаний [30].

Сегодня развитие нефтегазовой отрасли в мире совместно с ростом конкуренции и снижении стоимости нефти заставляют все чаще компании возвращаться к проблеме низкой производительности труда и искать возможности оптимизации бизнеса в целях снижения себестоимости и повышения инвестиционной привлекательности компании соответственно. Так, в 2013 г. по показателю return on labor (ROL) – чистая прибыль на 1 сотрудника, являющимся одним из основных критериев эффективности организации производственной деятельности, российские компании значительно уступали основным зарубежным конкурентам.

В защиту сопоставимости сравнения государственных нефтегазовых компаний с крупнейшими транснациональными компаниями, именующимися на западе «Big Oil» или «Supermajors», необходимо отметить, что как показано на Рис. 1.14 в пятерке лидеров по показателю чистая прибыль на 1 сотрудника (ROL) находятся Petronas и Statoil, являющиеся государственными компаниями. Это позволяет сделать вывод об адекватности сравнения и высоком потенциале повышения эффективности российских государственных нефтегазовых компаний. Тем временем по показателю return on sales (ROS) – рентабельность продаж, отражающим в каждом заработанном долларе США долю прибыли, относящейся к распределению между акционерами и характеризующим доходность компании, наблюдается противоположная ситуация. Так, в 2013 г. по доле прибыли относящейся к перераспределению между акционерами в пятерке лидеров находились три российские компании Сургутнефтегаз, Татнефть и Газпром, в которых рентабельность продаж (ROS) составляла 33.3%, 17.2% и 15.5% соответственно.

Но, по мнению автора, несмотря на определение рентабельности продаж как индикатора операционной эффективности компании, отражающего ценовую политику, влияние различий линейки готовой продукции, способность компании контролировать издержки, важно также отметить различный уровень налогообложения прибыли нефтегазовых компаний, оказывающий значительное влияние на конкурентоспособность компании извне.

Проведенный анализ годовых финансовых отчетов компаний позволил выявиться, что на сегодняшний день по уровню налогообложения прибыли российские компании и компании стран СНГ являются одними из наиболее привилегированных. В 2013 г. в крупнейшей российской компании Роснефть средства, направленные на погашение налога на прибыль составили 12.8% против 71.7% от прибыли до налогообложения в крупнейшей государственной норвежской компании Statoil.

Тем не менее, сегодня в СМИ очень распространено, по мнению автора, ошибочное мнение о завышенной и необоснованной налоговой нагрузке на российские компании. В частности в отчете «Paying Taxes 2013» [93] опубликованном крупнейшей аудиторской компании PWC приводятся данные по совокупной средней эффективной налоговой ставке на бизнес. Согласно отчету PWC совокупная средняя налоговая ставка в Российской Федерации составляет 54.1% и складывается из доли трех эффективных ставок налогообложения в общем объеме налоговых отчислений – налога на труд и заработную плату (41.2%), налога на прибыль (7.1%) и прочих налогов (5.8%) (без учета дополнительного налогового бремени на добычу полезных ископаемых, акцизов и прочих пошлин). В тоже время согласно отчету PWC, например, совокупная налоговая ставка в Норвегии составляет 41.6% и аналогично складывается из налога на труд и заработную плату (15.9%), налога на прибыль (24.4%) и прочих налогов (1.3%) (Рис. 1.17). Согласно отчету PWC Российская Федерация обошла практически все крупные экономически развитые страны и сумела выйти практически на первое место в Европе по уровню налоговой нагрузки, что является ошибочным утверждением. Так, возвращаясь на пример сравнения Российской Федерации с Норвегией, необходимо отметить, что по данным на 2013 г. в Российской Федерации базовая ставка налога на прибыль составляет 20%, в Норвегии от 28% до 54% (без учета дополнительного маргинального налога с отдельных частей дохода компании при шедулярной системе подоходного налогообложения реализованной в Норвегии), что подтверждается на Рис. 1.16. В модели PWC, построенной на суммировании ставок налога на труд и заработной платы, налога на прибыль и прочих налогов, не учитывается вес каждой категории налогов – пример: для малой компании с небольшой долей затрат на персонал - размер налогов на персонал будет гораздо менее критичен по сравнению с компанией с большим штатом сотрудников. Соответственно автор делает логичный вывод о неэффективности данной модели и ошибочных результатах полученных с помощью ее применения.

Другое исследование – «Competitive alternatives. Special report: Focus on tax, 2012 Edition» [90], опубликованное крупнейшей аудиторской компанией KPMG в 2012 г. заслуживает большего внимания, по мнению автора. В исследовании налоговые издержки сравниваются между странами с использованием общего индекса налогового бремени (TTI). TTI является суммой налогов уплачиваемых компанией в определенной стране, выражаемой в процентах от общей суммы налогов, выплачиваемых компаниями в США. Таким образом, в США индекс TTI представлен как 100.0 пунктов, представляющий из себя базовое значение для бенчмарк анализа и составления рейтинга налоговой нагрузки.

Запрос на диссертацию присылайте на адрес kulseg@mail.ru

Биология
Ветеринария
Геология
Искусствоведение
История
Культурология
Медицина
Педагогика
Политика
Психология
Сельхоз
Социология
Техника
Физ-мат
Филология
Философия
Химия
Экономика
Юриспруденция

Подписаться на новости библиотеки
Рассылка 'Новости библиотеки диссертаций'


Пишите нам

 

 

 

 

X