Библиотека ДИССЕРТАЦИЙ
Главная страница Каталог

Новые диссертации Авторефераты
Книги
Статьи
О сайте
Авторские права
О защите
Для авторов
Бюллетень ВАК
Аспирантам
Новости
Поиск
Конференции
Полезные ссылки
СУПЕРОБУЧЕНИЕ
Комната отдыха

Введите слово для поиска

Адедиран Анна Мореникс Алаби
Причины и факторы образовательной миграции из стран Западной Африки в Россию (на примере Нигерии)

РОССИЙСКИЙ УНИВЕРСИТЕТ ДРУЖБЫ НАРОДОВ


Специальность 22.00.08 – социология управления


Диссертация
на соискание ученой степени кандидата социологических наук



Москва – 2015

Содержание диссертации
Причины и факторы образовательной миграции из стран Западной Африки в Россию

Введение

Глава 1. Теоретико-методологические основания исследования миграционных процессов
1.1. Ключевые вехи становления современной теории миграции
1.2. Миграция как объект управленческого анализа: современные миграционные процессы
1.3. Специфика образовательной миграции с позиций «образовательного менеджмента»

Глава 2. Проблемы и перспективы образовательной миграции из Нигерии в Россию: опыт и возможности регулирующего воздействия
2.1. Основные характеристики Нигерии как страны исхода образовательных мигрантов
2.2. Образовательная миграция из Нигерии в Россию: история и современность
2.3. «Социальное самочувствие» образовательных мигрантов из Нигерии в российских вузах и реалиях
2.3.1. Общие проблемы иностранных студентов в России
2.3.2. Специфические проблемы нигерийских студентов (по результатам эмпирического исследования)
2.4. Рекомендации по оптимизации регулирования образовательной миграции из Нигерии в России

Заключение
Библиография
Приложение

ГЛАВА 1. ТЕОРЕТИКО-МЕТОДОЛОГИЧЕСКИЕ ОСНОВАНИЯ ИССЛЕДОВАНИЯ МИГРАЦИОННЫХ ПРОЦЕССОВ

1.1. Ключевые вехи становления современной теории миграции

Термин «миграция» – производный от латинского слова «migratio», которое в своем самом простом толковании обозначает переход, переезд, переселение или перемещение населения с одного места/территории на другое [Бондырева, Колесов, 2004]. Содержание данного термина крайне обширно и охватывает целый комплекс социальных процессов и отношений, поэтому изучением миграционных процессов занимаются представители самых разных научных отраслей: демографы, экономисты, историки, антропологи, политологи и т.д., а также, несомненно, социологи, для которых приоритетное значение имеют те структуры, отношения и факторы, что определяют протекание миграционных процессов и адаптацию иммигрантов. Так, только в российской науке оформилось несколько десятков трактовок миграционных процессов, хотя большинство из них все же сводят миграцию к одному из видов пространственной мобильности [см., напр.: Переведенцев, 2010: 45].

Наиболее общепринятое определение миграции предложил Л.Л. Рыбаковский: это любое территориальное перемещение людей между разными населенными пунктами одной или нескольких территорий – независимо от целей, продолжительности или регулярности перемещения [Рыбаковский, 2001].

Столь популярные сегодня социологические и осуществляемые в иных дисциплинарных рамках эмпирические исследования миграционных процессов имеют давнюю историю. Миграция не может считаться некоей специфической проблемой современности, поскольку активно и настойчиво заявила о себе в европейских обществах еще в Новое время, особенно после открытия Нового Света, породившего прежде невиданные миграционные потоки между континентами. Схожим образом промышленная революция XVII-XVIII веков стала катализатором интенсивной внутренней миграции населения внутри и между европейскими странами, прежде всего по линии «село-город», обеспечив посредством бурной урбанизации рост современных городов. Эти процессы всегда привлекали внимание как социальных управленцев (во всевозможных форматах их существования в разные исторические периоды), так и ученых, стремившихся выявить закономерности миграции, описать ее основные формы, типологизировать факторы, ее стимулирующие или, наоборот, тормозящие.

Традиционно становление современной теории миграции связывают с именем Э. Равенштейна, который еще в 1885 году в журнале британского статистического общества опубликовал свою знаменитую статью о «законах миграции» («The laws of migration» в Journal of the Statistical Society) [Ravenstein, 1885]. В своих работах Равенштейн отталкивался от статистических данных, полученных в ходе переписей населения Великобритании, ставя перед собой задачу не только определить объемы миграционных потоков, пронизывающих все Соединенное королевство, но и выявить закономерности, которым подчинялись миграционные процессы в эпоху бурного развития транспорта, индустриального производства и торговли. Равенштейн создал первую научную классификацию социальных типов мигрантов, выделив, например, местных (локальных) мигрантов, которые составляли в конце XIX века основную массу мигрантов в Великобритании, – перемещавшиеся на достаточно большие расстояния формировали в ту историческую эпоху не более четверти миграционного потока в стране.

В качестве свидетельств (мы бы сегодня сказали – эмпирических индикаторов) наличия и масштабов внутренней миграции в Великобритании ученый рассматривал рост количества гостиниц, ночлежек, кораблей, колледжей и т.п.

Важным открытием Равенштейна стало обнаружение миграционных противопотоков внутри Соединенного королевства, которые характеризовались разной интенсивностью в зависимости от территориальной «принадлежности». Ученый также обратил внимание на гендерный состав миграционных потоков, указав, в частности, что женщины более склонны к внутренней миграции. Итогом обширных эмпирических наблюдений стали знаменитые «законы миграции», согласно которым [Ravenstein, 1885]:

1. Большинство мигрантов перемещаются на короткие расстояния.

2. Миграция развивается постепенно, осуществляется шаг за шагом, т.е. центры притяжения (прежде всего, крупные города) привлекают переселенцев с ближайших территорий, а на оставленные ими «места» перемещаются жители более отдаленных от городов поселений.

3. Мигрантов, переселяющихся на большие расстояния от своих исконных мест проживания, притягивают центры промышленности и торговли.

4. Каждый миграционный поток порождает противопоток, относительно снижающий показатели неттомиграции.

5. Горожане менее склонны к миграционным перемещениям, чем уроженцы сельской местности.

6. Женщины более склонны к миграционным передвижениям, чем мужчины (позже Равенштейн уточнил, что это правило касается только внутренней миграции – во внешней миграции повсеместно преобладают мужчины).

7. Большинство мигрантов – взрослые люди: семьи с детьми редко переезжают за пределы то страны, в которой они появились.

8. Население крупных городов в большей степени увеличивается за счет миграционного прироста, чем за счет естественного.

9. Объем миграции возрастает пропорционально развитию промышленности, торговли и транспортной инфраструктуры.

10.Миграционные потоки в основном направлены из сельскохозяйственных районов в центры промышленности и торговли.

11.Главные причины миграции – экономические.

Следует подчеркнуть, что Равенштейн изучал, прежде всего, внутреннюю миграцию, обусловленную бурными социально-экономическими изменениями XIX века – ростом городов, подъемом промышленности, развитием торговли и транспорта. Вопросы международной и межконтинентальной миграции оказались за рамками его исследовательских интересов, а потому, несмотря на универсальность выявленных им «законов миграции», некоторые из них слишком специфичны для своего времени и общества, другие устарели или требуют перепроверки. Тем не менее, работы Равенштейна оказали огромное влияние на последующее развитие теорий миграции – многие современные концепции опираются на сформулированные им «законы».

В силу исторической и социально-экономической специфики формирования государственности в США, исследования миграционных процессов стали одним из ключевых направлений американской научной традиции в ХХ веке. В первую очередь это относится к работам представителей Чикагской социологической школы: как известно, она стала первой институциональной научной школой в американской социологии и фактически единственной до конца 1930-х годов, когда конкуренцию ей составили Гарвардский и Колумбийский университеты. Большое влияние на методологию социальных исследований чикагских социологов оказал прагматизм, крупнейший представитель которого – Д. Дьюи – также работал в начале ХХ века в Чикагском университете. Своей основной задачей чикагская социологическая школа с начала своих прикладных изысканий считала научное сопровождение социального управления, прежде всего на уровне муниципалитетов.

Соответственно, среди тематик ее исследований принципиальными оказались такие проблемы, как девиантное поведение и маргинальное состояние социальных групп; объектом – тюрьмы, организация жизни в отелях, бродяжничество, городские районы концентрации преступности, банды, бутлегерство, религиозные секты и пр. Среди перечисленных вопросов причины и факторы миграции, особенности адаптации мигрантов, возможности преодоления маргинальности мигрантов и т.п. занимали одно из ключевых мест.

Наиболее известным и впоследствии ставшим классическим исследованием миграционных процессов в современной социологии стал проект, результаты которого отражены в пятитомном труде «Польский крестьянин в Европе и в Америке» (1918-1920), подготовленном У. Томасом и Ф. Знанецким. Изученные авторами процессы миграции и социальной адаптации польских сельских мигрантов в чикагском высокоурбанизированном обществе впервые были рассмотрены посредством тщательного качественного и количественного анализа огромного объема личных документов (писем, дневников, автобиографий поляков – как переехавших в США, так и оставшихся в Польше) и личных свидетельств, а не только официальных статистических данных соответствующих американских служб [Thomas, Znaniecki, 1984].

Одним из важнейших результатов исследовательской работы Томаса стала его концепция «определения социальной ситуации», которая до сих пор имеет обширное применение, позволяя интерпретировать и объяснять не только миграционные процессы, но и самые разные ситуации социального взаимодействия. В любой социальной ситуации Томас предложил выделять три составляющие: 1) объективные условия, определяемые социальными структурами и ценностями конкретного общества; 2) установки индивида и социальной группы; 3) интерпретация ситуации ее действующими лицами. С этой концепцией тесно связана знаменитая «теорема Томаса», которая гласит: «если люди определяют ситуацию как реальную, то она становится реальной по своим последствиям» [Thomas, 1966: 3-11]. В частности, в совместной работе со Знанецким Томас детально исследовал систему социальных установок и показал, что конфликты и социальная дезадаптация – неизбежное следствие тех ситуаций, когда индивидуальные интерпретации не совпадают с групповыми.

Томас выделил четыре группы побудительных мотивов человека, играющих ведущую роль в формировании его поведения: 1) потребность в познании окружающего мира, обретении нового опыта; 2) потребность в обеспечении безопасности; 3) потребность в социальной принадлежности и признании; 4) стремление к социальному доминированию и превосходству. Индивидуальные особенности проявления этих мотивов поведения Томас в значительной мере связывал с наследственными влияниями, прежде всего с темпераментом, что, тем не менее, не помешало ему в результате исследования миграционных процессов и факторов социальной адаптации совместно со Знанецким предложить в книге «Польский крестьянин в Европе и в Америке» следующую типологию личностей с точки зрения преобладающих механизмов социальной адаптации: «мещанский» тип отличает традиционность установок, их негибкость, что часто затрудняет его адаптацию в новых условиях; для «богемного» типа характерны неустойчивые и слабо взаимосвязанные установки при общей высокой адаптивности (это своего рода «беспринципный приспособленец»); только «творческий» тип способен к успешным инновациям и адаптации при сохранении традиций, олицетворяя собой оптимальное сочетание консерватизма с гибкостью [Thomas, 1966].

Коллега и соратник Томаса Знанецкий – яркий представитель гуманистического направления в социологии. Ему принадлежит идея о том, что предметом социологии являются социальные системы разных типов – социальное поведение, социальные отношения, социальные личности и социальные группы. Именно Знанецкий ввел понятие «человеческий коэффициент», обозначающее личностную окрашенность любого жизненного опыта для конкретного индивида: учет этого коэффициента необходим при анализе социального поведения, потому что он фиксирует степень и характер восприятия личностью социальной ситуации [Ганжа, Зотов, 2002].

Р. Парк – крупнейший представитель и вдохновитель Чикагской социологической школы. Парк обладал огромным практическим опытом, поскольку в течение долгого времени работал журналистом, затем специалистом по рекламе, аналитиком в крупных промышленных корпорациях и только в возрасте сорока девяти лет пришел в Чикагский университет. Круг его исследовательских интересов предельно широк, но неизменно имел выраженную прикладную направленность. Широко известна его работа «Иммигрантская пресса и ее контроль» (1922), но, пожалуй, самым знаменитым его трудом стал «Город» (1925), заложивший основы нового научного направления – «городской экологии», в котором были проанализированы основные проблемы крупного быстрорастущего промышленного центра, каким являлся в то время Чикаго. В «Городе» Парк рассмотрел различные аспекты влияния социального окружения на человеческую жизнь, в том числе проблемы адаптации мигрантов, их сегрегирования в городской среде, формирования замкнутых иммигрантских сообществ [Парк, 2011].

В частности, Парк активно использовал понятие социальной дистанции для обозначения степени близости или отчужденности индивидов или социальных групп; разработал концепцию маргинальной личности, под которой понимал индивида, находящегося в социальной структуре на стыке нескольких групп или же на их периферии. Оба эти понятия сегодня широко применяются в исследованиях процессов миграции и социальной адаптации мигрантов.

В целом работы Р. Парка, У. Томаса, Ф. Знанецкого и других представителей чикагской социологической школы заложили фундамент для проведения социологических исследований, совершенствования методов сбора и анализа эмпирических данных, дальнейшего развития теории миграции и социальной адаптации как в теоретическом, так и в прикладном русле.

Другой видный американский ученый, внесший существенный вклад в изучение миграции, – С. Стоуффер: его статья «Вмешивающиеся обстоятельства: теория взаимодействия мобильности и расстояния» вышла в авторитетнейшем журнале «Американское социологическое обозрение» в 1940 году. По мнению Стоуффера, наряду с такими факторами как расстояние и численность населения двух населенных пунктов, существуют и иные детерминанты объема и «качества» миграционных потоков между ними. К таковым Стоуффер отнес «перспективы» и «вмешивающиеся обстоятельства»: «Количество людей, перемещающихся на определенное расстояние, прямо пропорционально открывающемуся количеству перспектив и обратно пропорционально количеству вмешивающихся обстоятельств» [Stouffer, 1940]. К последним (мешающим обстоятельствам) Стоуффер относил все, что затрудняет миграционный процесс: например, затраты на переезд, законодательные ограничения миграционных перемещений, недостаточный уровень образования и информированности мигранта, негативные установки местного населения по отношению к мигрантам и т.д. Анализ «мешающих обстоятельств» Стоуффер считал важнейшей частью исследовательской работы в сфере управления миграционными потоками и социальной адаптацией мигрантов.

Американский исследователь Дж. Зипф, опираясь на «законы миграции», сформулированные Равенштейном, опубликовал в 1946 году работу, в которой попытался оценить влияние расстояния на объем и интенсивность миграционных потоков между городами. Опираясь на утилитаристские концепции человеческого поведения, Зипф предложил объяснять внутренние миграции принципом наименьшего сопротивления. Его суть в том, что люди для достижения искомого результата всегда выбирают те действия, что потребуют от них наименьших усилий при наибольшей результативности. Соответственно, величина миграционного потока из одного города в другой будет зависеть от расстояния между городами, поскольку размер издержек на переезд (денежных затрат, приложенных усилий и испытанных трудностей) возрастает с расстоянием. Исходя из данного принципа, в 1949 году Зипф в книге «Человеческое поведение и принцип наименьших усилий» сформулировал гравитационную модель миграции, которая получила широкое признание и до сих пор используется в исследованиях миграционных процессов [Zipf, 1949]. Согласно данной модели, интенсивность миграционного потока между двумя территориями (населенными пунктами) зависит от расстояния между ними и их величины (численности населения). Фактически гравитационная модель Зипфа отличается от концепции Стоуффера тем, что учитывает только два конкретных фактора – расстояние между поселениями и величину их населения, а не некий расплывчатый перечень «вмешивающихся обстоятельств». Тем не менее, работы обоих авторов – Стоуффера и Зипфа – положили начало развитию методов математического моделирования, которые играют важную роль в современных исследованиях миграции.

Значительный вклад в становление теории миграции внес американский социолог Э.С. Ли. В 1966 году в статье «Теория миграции» он переформулировал концепцию Равенштейна, сконцентрировав внимание на факторах притяжения и отталкивания мигрантов [Lee, 1966]. Согласно теории Ли, на миграционное поведение населения всегда влияют две группы факторов – позитивные (например, желание сохранить место жительства, любовь к дому, нежелание разрывать родственные связи) и негативные (прежде всего, трудности, с которыми предстоит столкнуться при переезде и адаптации на новом месте), которые могут удерживать или, наоборот подталкивать индивида или группу к реализации миграционных намерений. Факторы, воздействующие на принятие решения о миграции, как правило, многочисленны и разнородны, поэтому Ли также выделил такую группу факторов, как «вмешивающиеся препятствия», подразумевая под ними разнообразные ограничения, определяющие возможности миграции и шансы на успешную адаптации и действующие внутри и между пунктами прибытия и выбытия. В качестве подобных препятствий выступают расстояние, транспортные расходы, доходы и траты на новом месте, стоимость жилья, трудность прохождения границы и т.п.

Эти и им подобные «барьерные» факторы могут оказаться относительно небольшой помехой для одних категорий мигрантов и непреодолимым препятствием для других, т.е. модель Ли стремится учитывать все воздействующие на мигранта силы (экономические, политические, социальные, культурные, природные). Соответственно, формируется модель миграции как баланса сил притяжения и выталкивания, действующих в пунктах выбытия и прибытия, на который влияют и вмешивающиеся препятствия. Подобный баланс для конкретного мигранта – всегда результат субъективной оценки всей совокупности обстоятельств, которые он принимает в расчет, оценивая перспективы миграции [Lee, 1966]. Предположительно такая оценка формируется на основе рациональных рассуждений, но в процесс всегда вмешиваются факторы иррационального и эмоционального порядка. Другое значимое ограничение теории Ли – сложность перевода «вмешивающихся препятствий» в систему эмпирических индикаторов, поддающихся количественной оценке. Тем не менее, данная модель в силу своей сбалансированности находит широкое применение в исследованиях миграционных процессов.

Со второй половины XX века в исследованиях миграции стали принимать все более активное участие ученые-экономисты, в том числе изучавшие экономическое поведение населения в развивающихся странах, значимую часть которого составляет именно миграционное поведение. Миграционные теории, которыми оперируют экономисты, по большому счету сводятся к анализу сочетаний притягивающих и выталкивающих факторов, определяющих масштабы, векторы и общие контуры миграционных потоков между развитыми и развивающимися странами. В частности, неоклассическая экономическая теория, предложившая своеобразный «римейк» представлений об экономическом человеке, мотивированном стремлением к максимизации выгоды и минимизации издержек, указала в числе важных регуляторов миграционных потоков динамику спроса и предложения на рынке рабочей силы: страны и регионы с высоким спросом и ограниченным предложением рабочей силы гарантируют ей более высокую заработную плату, которая и привлекает в них людей из стран и регионов с избытком рабочих рук.

Вместе с тем, несмотря на очевидную значимость экономических факторов, которые часто оказываются определяющими, их вряд ли можно считать единственными и достаточными для принятия решения о миграции. Критики неоклассической экономической теории миграции неоднократно отмечали недоучет ею культурных и социальных факторов, влияющих на миграционные процессы (вероисповедание, уровень образования, этническая принадлежность и т.п.) [Migration Theory…, 2000].

У. Льюис, нобелевский лауреат, автор двухсекторной модели экономики, предполагающей спецификацию сельского и городского секторов, особое внимание уделил как раз миграционным потокам из села в город, которые интенсифицировались на фоне роста темпов и масштабов производства и занятости населения в странах третьего мира [Lewis, 1954]. Его идеи имели множество последователей [Hunt, 1989]: в качестве примера назовем американских экономистов Д. Харриса и М. Тодаро, результаты миграционных исследований которых были суммированы в 1970 году в статье «Миграция, безработица и развитие: анализ двух секторов» в журнале «Американское экономическое обозрение» [Harris, Todaro, 1970], где авторы развили идеи Льюиса применительно к ситуации в развивающихся странах, основываясь, в том числе, на изучении рынков рабочей силы в Нигерии и Кении.

Другой американский ученый, внесший существенный вклад в становление современной теории миграции, – В. Зелински, автор идеи культурного районирования США. Его идеи, легшие в основу концепции мобильного миграционного перехода (по аналогии с демографическим переходом), были опубликованы в 1971 году. Фактически Зелински доказывал существование устойчивых структурных закономерностей в росте темпов и масштабов индивидуальной мобильности, обусловленных различиями этапов модернизации. Согласно модели Зелински, миграционный переход современности состоит из пяти последовательно сменяющих другу друга фаз [Zelinsky, 1971]:

1. Стабильное (раннее) традиционное общество, для которого характерна минимальная миграция с целью смены места жительства и ограниченные небольшими территориями перемещения. Устойчивость места проживания на данной стадии обусловлена доминированием сельского типа хозяйствования и общинного типа социального устройства, относительно слабо развитой торговлей, а также устойчивой религиозной принадлежностью.

2. Раннее мобильное общество складывается с появлением городов и началом массовых миграций из села в города – как старые, так и вновь создаваемые. На данной стадии также распространена территориальная экспансия сельских жителей в целях колонизации окраин в тех странах, где существовали неосвоенные земли. Формируются массовые потоки эмигрантов в доступные и привлекательные страны; при определенных благоприятных обстоятельствах была возможна и иммиграция квалифицированных рабочих и ученых. В целом на данном этапе отмечен значительный рост различных типов внутренней миграции.

3. Позднее мобильное общество характеризуется ослабшими, но все еще заметными миграционными потоками из сельской местности в города, хотя отмечается существенное снижение темпов и масштабов эмиграции. Дальнейший рост миграционной циркуляции населения неизменно сопровождается усложнением ее структуры и факторов, ее детерминирующих.

4. В развитом обществе мобильность граждан находится на самом низком уровне. Перемещения из сельской местности в города продолжаются, но с заметным снижением их абсолютных и относительных показателей. На данной стадии складываются мощные миграционные потоки «город-город» и внутри отдельных городских агломераций. Приграничные поселения сохраняются, но пребывают в состоянии застоя или изоляции. И, наоборот, значительно возрастают иммиграционные потоки неквалифицированной и среднеквалифицированной рабочей силы из относительно доступных и бедных стран. Формируются глобальные международные миграционные потоки квалифицированных рабочих и профессионалов, но направления и объемы данных потоков весьма специфичны для каждой страны и географического региона.

5. В сверхразвитом обществе снижаются объемы внутренней миграции вследствие развития коммуникационных технологий, и практически все миграционные перемещения осуществляются между городами или внутри агломераций. На данной стадии масштабы миграции неквалифицированной рабочей силы из менее развитых стран в более развитые нарастают настолько, что во многих развитых странах вводятся строгие законодательные ограничения внутренней и внешней миграции.

Модель Зелински тяготеет к описанию неких «идеальных типов» (стадий миграционного перехода) в веберовском смысле, а потому характеризуется избыточно высокой абстрактностью и не учитывает конкретных социо-культурных и социально-экономических реалий отдельных стран и регионов. В частности, в модели не отмечено огромное влияние на динамику миграционных потоков процессов глобализации, предельно интенсифицировавшихся в последние десятилетия. По мнению ученых-глобалистов, транснациональное движение капиталов закономерно влечет за собой и перемещения людей, превращая интенсивную миграцию в один из главных признаков глобального мира: мощные миграционные потоки параллельно с перемещением товаров и капиталов способствуют размыванию национальных границ и ослаблению государственных суверенитетов [Делягин, 2006]. Многие глобалисты (прежде всего представители марксистского направления) отмечают, что миграционные потоки все больше ориентированы на воспроизводство модели «центр-периферия»: экономическое и социальное благополучие развитых государств и социально-экономические проблемы в развивающихся выступают, соответственно, факторами притяжения и выталкивания для мигрантов [Castles, Miller, 2003]. С. Сассен, автор термина «глобальный город», в своей книге «Мобильность труда и капитала» доказывает интересный тезис о том, что иностранные инвестиции в развивающиеся страны, вопреки устоявшемуся мнению, лишь способствуют росту эмиграции [Sassen, 1988].

В целом в условиях технологической революции второй половины ХХ века, благодаря которой знания и интеллектуальные технологии превратились в ключевой фактор производства, инвестиции в человеческий капитал стали считаться куда более важными, чем капиталовложения в машины и заводы, потому что доказали свою способность стимулировать экономический рост, – эта идея, завоевывая все более широкое признание, запустила интенсивное развитие системы образования и образовательную миграцию во многих странах мира. Данный вид миграции порожден глубокой культурной дифференциацией, сложившейся на международном уровне: в сравнении с почти поголовной грамотностью населения в развитых странах в развивающихся странах ситуация продолжает оставаться иной. Неуклонный рост уровня образованности населения развивающихся стран (прежде всего Азии и Африки) – в значительной мере результат образовательной миграции и понимания, что образование – неотчуждаемый капитал, получение которого существенно повышает шансы человека на приемлемый уровень жизни и создает предпосылки для успешной экономической миграции в страны с более высоким уровнем жизни [Education at a Glance, 2012]. Осознание социально-дифференцирующего и экономического потенциала образования всеми социальными акторами, но прежде всего макроуровня, повлекло за собой формирование глобального образовательного рынка и его лидеров – центров притяжения образовательных мигрантов. В первую очередь, это американский рынок образования – США сегодня мировой лидер по количеству иностранных учащихся. Своего рода ответом на американское доминирование в сфере образовательной миграции стал Болонский процесс, одна из главных целей которого – создание общеевропейского образовательного пространства для повышения международной конкурентоспособности европейской системы высшего образования.

В 1990-е годы американский социолог Д. Массей в соавторстве с другими учеными попытался создать интегральную теорию миграции, которая бы объединила концептуальные наработки всех предыдущих ее версий [Massey et al, 1993; 1998]. В результате появилась так называемая «синтетическая теория» международной миграции, в которой миграционные перемещения рассматриваются как результат обширных трансформаций в политической, экономической и социальной жизни вследствие бурного производственного и экономического роста. Соответственно, в международных миграционных потоках над выталкивающими факторами преобладают притягивающие: Массей убедительно доказывает, что разница в доходах не является главным фактором, обуславливающим миграцию, – увеличение доходов не влечет за собой мгновенное возникновение притока, равно как и снижение доходов – мгновенный миграционный отток. В качестве базовой детерминанты устойчивости миграционных потоков Массей называет создаваемые мигрантами сети, отвечающие за связи с родиной и диаспорой, в том числе в форме денежных переводов [Massey, 2002].

Наиболее поздний акцент в современных исследованиях миграционных процессов – гендерные аспекты миграционного поведения. Практически до конца XX века миграционные перемещения почти не рассматривались с гендерной точки зрения, в том числе потому, что внимание исследователей привлекали прежде всего объективные механизмы миграции, а не социально-демографические характеристики ее участников. Начало гендерных исследований в сфере миграции связывают с подъемом феминистского движения в 1960-1970-х годах. Одна из первых проблем, на которую обратили внимание представители данного движения, – образ трудового мигранта прочно ассоциируется с мужчиной, хотя еще Равенштейн писал, что женщины более предрасположены к (внутренней) миграции, чем мужчины. Кроме того, согласно статистическим данным, доля женщин в общем объеме международной миграции колеблется в районе 50% [Oishi, 2002: 121].

Сторонники гендерного подхода занимаются изучением широкого круга вопросов: занятость трудовых мигрантовженщин, миграционное поведение женщин и мужчин, стратегии социальной адаптации женщин-мигрантов, социальный статус женщин-мигрантов, миграционная политика в отношении женщин-мигрантов и т.п.

Таким образом, начиная со второй половины XIX века, процессы миграции населения и связанные с ними социальные, экономические и политические изменения неизменно оказывались в центре внимания западных исследователей, которыми был сформулирован целый ряд концепций, объясняющих различные аспекты миграционных процессов и поведения. Неослабевающий интерес к теоретическому и эмпирическому исследованию миграции явно свидетельствует о сохранении ею своей важной роли в жизни общества. В социологических теориях миграции прослеживается отчетливая преемственность: большинство ученых опираются на опыт предшественников, в частности, апеллируя к «законам миграции» и притягивающим и выталкивающим факторам Равенштейна. Западная социология миграции следует в русле общенаучных тенденций модификации тематических акцентов исследований: восприняла идеи математического моделирования в 1960-е годы, учитывает нынешние процессы глобализации и «гендерного поворота», принимает во внимание не только экономические факторы миграции, но и порождающие ее масштабные волны военные конфликты и гуманитарные катастрофы.

В целом на сегодняшний день в социальных науках оформилось четыре основных подхода к исследованию миграционных процессов. Первый наиболее широко трактует миграцию – как любые виды передвижения населения, которые имеют какую-то общественную значимость: кроме перемещений в пространстве сюда включают текучесть кадров (в том числе передвижения по карьерной лестнице внутри организации), однако межотраслевые и профессиональные скачки квалифицируются как миграция только в том случае, если сопровождаются территориальными перемещениями. Второй подход понимает под миграцией все виды пространственных передвижений населения независимо от их характера и целей, т.е. любые переезды из одного населенного пункта в другой (поездки на работу и учебу за пределы населенных пунктов, командировки, отпуска и т.д.), но из миграции исключаются пространственные перемещения в пределах одного и того же населенного пункта.

Третий подход считает миграцией такие пространственные перемещения между населенными пунктами, которые приводят к постоянной или временной смене места жительства и обеспечивают регулярное передвижение между ним и местом учебы/работы. И, наконец, четвертый подход называет миграцией только те пространственные перемещения, в результате которых происходит территориальное перераспределение населения из одной местности в другую, т.е. человек переселяется в другой населенный пункт, где находятся его место жительства, работы и учебы.

Объединяет все трактовки миграции два базовых положения: во-первых, убеждение, что ее необходимой предпосылкой является миграционная подвижность, т.е. потенциальная готовность к изменению своего территориального статуса, которая, как правило, в несколько раз превышает масштабы реальной миграции (многим хочется мигрировать, но далеко не всем это удается). Во-вторых, уверенность, что на уровень миграционной подвижности населения и ее изменения влияет множество взаимосвязанных факторов: социокультурные – связаны с ценностями и жизненными целями (например, сельские жители вынужденно более подвижны, потому что в сельской местности высок уровень безработицы и отсутствует необходимая социальная инфраструктура); географические – при прочих равных миграционная подвижность на обжитых территориях наименьшая; демографические – миграционная подвижность мужчин и женщин, разных возрастных групп значительно различается; экономические – индустриализация и глобализация существенно повысили уровень миграционной подвижности; генетические – наиболее подвижна, как правило, та часть населения, которая прожила сравнительно небольшой период в конкретном регионе и т.д.

Таким образом, проблема миграции имеет достаточно давнюю историю изучения, оказавшись в фокусе междисциплинарного интереса уже во второй половине XIX века, когда интенсивность миграционных процессов, по крайней мере, в Европе резко усилилась. Несмотря на признание многообразия факторов, определяющих направления и особенности миграционных потоков, среди объяснительных моделей миграции доминируют концепции, акцентирующие роль экономических факторов, – насколько это верно для современного мира, мы рассмотрим в следующем параграфе.

Запрос на диссертацию присылайте на адрес kulseg@mail.ru

Биология
Ветеринария
Геология
Искусствоведение
История
Культурология
Медицина
Педагогика
Политика
Психология
Сельхоз
Социология
Техника
Физ-мат
Филология
Философия
Химия
Экономика
Юриспруденция

Подписаться на новости библиотеки


Пишите нам

 

 

 

 

X